Квалификация преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности

Актуальность настоящей темы исследования выражается в том, что сексуальное насилие является одной из самых опасных форм насилия, так как, зачастую, вызывает серьезные и постоянные психические и поведенческие проблемы. По экспертным оценкам в России наблюдается рост сексуального насилия. Кроме того, в научных источниках всё чаще поднимаются различные проблемы квалификации подобных преступлений. От эффективного правового регулирования преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности будет зависеть не только предупреждение указанных преступлений, но и в целом стереотипы сексуального поведения в современном обществе.

Наличие огромного объема научной литературы, посвященной выбранной теме, свидетельствует о неугасающем интересе отечественного научного сообщества к изучению преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Особого внимания заслуживают фундаментальные научные изыскания, в которых не смотря на ранний период их описания затрагиваются актуальные на сегодняшний день вопросы квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Среди исследователей, отметивших проблемы преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности: Артамонова Е.А., Арямов А.А., Басова Т.Б., Благов Е.В., Багмет А.М., Бычков В.В., Багмет А.М., Бычков В.В., Сажаев А.М., Бриллиантов А.В., Голубь Е.А., Гузеева О.С., Иванова Л.В., Иващенко А.Е., Марченко А.И., Изотов Н.Н., Карагодин В.Н., Колоколов Н.А., Кондрашова Т.В., Коновалов Н.Н., Кунц Е., Лебедев В.М., Летова А.А., Малеваник А.А., Нагорянская С.Ю., Маслак С.Н., Матвеева Н.А., Муртазаева А.А. и другие.

Подобный интерес науки к исследованию выбранной темы позволяет обозначить цель предстоящего исследования – выявить проблемы квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности и предложить варианты их разрешения. Данная цель предполагает решение следующих задач предстоящего научного исследования:

1. Дать уголовно-правовую характеристику преступлениям против половой неприкосновенности и половой свободы личности, включая изучение понятия и составов указанных преступлений, личностно-психологических характеристик потерпевших и виновных лиц;

2. Рассмотреть историю формирования правовых норм в России, а также изучить современное правовое регулирование и сотрудничество на международном уровне;

3. Проанализировать основные показатели и динамику состояния половой преступности в Российской Федерации и Приморском крае;

4. Ознакомится с разъяснениями высших судебных инстанций Российской Федерации и с законодательными новеллами, касающимися квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности;

5. Изучить проблемы законодательной регламентации и квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности.

Объектом исследования является группа общественных отношений, складывающиеся в сфере преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности.

Предметом исследования выступают нормы уголовного права.

Методологическая основа исследования включает общенаучные и частно-научные методы (методологический плюрализм, диалектический, формально-юридический, историко-юридический, статистический методы).

В настоящей работе были использованы нормативно-правовые акты, учебная и научная литература, материалы периодических изданий, судебная практика по вопросам квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности

Структура работы представлена введением, тремя главами, заключением и списком использованных источников.

Защита половой свободы и неприкосновенности женщин: история формирования правовых норм в России, современное правовое регулирование на международном уровне

Для того, чтобы более детально проанализировать современную позицию законодателя, причины преступности в указанной сфере, следует изучить соответствующие правовые документы России, а также особенности международно-правового регулирования.

По причине зависимого положения женщин по отношению к мужчинам, женщины в период Древней Руси фактически не обладали половой свободой.

В уставе Ярослава Мудрого о церковных судах, преступление против половой свободы упоминалось в качестве изнасилования и приравнивалось к убийству, при этом наказание для преступника зависело от социального статуса потерпевшей. Так за изнасилование дочери боярина штраф составлял пять гривен золота, а за изнасилование иных женщин пять гривен серебра[1].

В Соборном Уложении 1469 года ответственность также устанавливалась церковным законодательством, однако наказание предусматривало уже смертную казнь[2].

В Артикуле воинском 1715 года изнасилование было запрещено для военнослужащих. Было предусмотрено негласное судебное заседание и наказание за изнасилование проституток.[3]

В этот период подобные преступления против несовершеннолетних и соответствующая ответственность не предусматривались в качестве специальных составов. В основном в данном случае применялись общеправовые нормы, которые приравнивали указанные действия к извращениям и наказывались либо ссылкой, либо смертной казнью.

Впервые кодификация наказаний за насильственные преступления в России была закреплена в Уложениях о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Так, предусматривалась ответственность за избиение супругами друг друга, принуждение супруга к совершению какого-либо противозаконного акта или действия, предусматривалась ответственность за половое сношение с лицом, не достигшим 14 летнего возраста[4].

Несмотря на это у крестьян женщина так и продолжала считаться собственностью мужа[5]. Так, например, крестьянку Борисову подвергали ежедневным побоям по причине отказа от осуществления полового акта с мужем, больным сифилисом. Другая крестьянка была вынуждена заниматься половым актом с мужем при её дочерях[6].

Кроме того, в качестве жертвы признавались только те женщины, которые имели половую свободу, то есть были незамужними и не состоявшими в продолжительных половых связях[7].

После 1917 г. женщины на основании Декрета о браке и разводе приобрели равные права наравне с мужчинами, получили право на развод, раздельное проживание[8], однако в некоторых отдалённых регионах многие граждане пытались исполнить положения фальшивого Декрета Саратовского Губернского Совета Народных Комиссаров об отмене частного права владения женщинами[9] и других подобных фальшивых нормативно-правовых актов, в которых устанавливалось право использования женщин. Из-за подобного отношения общества ещё некоторое время до издания УК РСФСР 1922 года, женщины в крестьянском обществе продолжали считали частью домашнего хозяйства, например, лошадью, которую можно использовать во благо общества без её согласия[10].

В 1922 году в УК РСФСР был предусмотрен раздел о преступлениях в области половых отношений. Многие формулировки из указанного кодекса частично дошли и до наших дней. Понятие изнасилования в УК РСФСР 1922 года было сформировано следующим образом: половое сношение с применением физического или психического насилия либо с использованием беспомощного состояния. В указанном законе также отмечались особо квалифицированные виды изнасилований, такие как изнасилование, повлекшее самоубийство потерпевшей[11].

Кроме того, в указанном кодексе также предусматривались такие действия, как развращение малолетних и несовершеннолетних, половое сношение с лицами, не достигшими половой зрелости, половое сношение с лицами, не достигшими половой зрелости, сопряженное с растлением, или удовлетворение половой страсти в извращенных формах, принуждение из корыстных целей к занятию проституцией.

Постановлением ВЦИК от 10.07.1923 «Об изменениях и дополнениях Уголовного Кодекса РСФСР дополнительно была введена ст. 169а, согласно которой преступным деянием также признавалось понуждение женщины ко вступлению в половую связь, зависимой материально или по службе.

В УК РСФСР 1926 года в преступлениях против половой свободы произошли некоторые изменения, например, понятие изнасилования сформировалось следующим образом: половое сношение с применением физического насилия, угроз, запугивания или путем обмана при беспомощном состоянии потерпевшего лица. Также была усилена ответственность за совершение указанных деяний, например, ответственность за квалифицированное изнасилование стала наказываться аналогично убийству[12].

Следует отметить также попытки Верховного Суда РСФСР разъяснить часть положений о квалификации полового сношения с применением физического или психического насилия со стороны мужа или с использованием беспомощного состояния потерпевшей в качестве изнасилования[13]

Так, например, в 1925 году, 1929 году Верховный Суд РСФСР указывал на необходимость при квалификации покушения на изнасилование учитывать умысел подсудимого, в частности, действительно ли подсудимый хотел совершить половой акт, являлось ли примененное им насилие средством к достижению этой цели. Кроме того, Верховный Суд РСФСР указывал на необходимость учитывать случаи, когда имеются лишь внешние признаки покушения на изнасилования, которые по своему существу и внутреннему содержанию подлежат квалификации как оскорбление или хулиганство[14]. Некоторые положения Верховного Суда РСФСР рекомендовали расценивать в качестве изнасилования использование женщины для полового сношения путем вступления с ней в официальный брак[15].

В 1933 году на основании Постановления ВЦИК в качестве уголовно наказуемого деяния в Уголовный кодекс было введено добровольное мужеложство с наказанием в виде лишения свободы на срок от трех до пяти лет.

В Указе Президиума Верховного Совета СССР 1949 года по усилению уголовной ответственности за изнасилование. Наказание, например, за такие деяния как изнасилование несовершеннолетней, изнасилование группой лиц, повлекшее тяжкие последствия, было увеличено и составило вместо восьми лет лишения свободы, двадцать лет лишения свободы.

В УК РСФСР 1960 года из понятия изнасилования была исключена конструкция объективной стороны “путём обмана” при использовании беспомощного состояния. Таким образом, понятие изнасилования было совмещено между редакциями УК РСФСР 1926 года и УК РСФСР 1922 года.

Иные составы преступлений в УК РСФСР 1960 года, а именно понуждение женщины к вступлению в половую связь, половое сношение с лицом, не достигшим половой зрелости, развратные действия, мужеложство имели аналогичную конструкцию.

Таким образом, именно с начала 1917 года начало формироваться законодательство по защите половой свободы и неприкосновенности женщин. Особенно следует отметить то обстоятельство, что в период существования СССР уголовная ответственность за подобные преступления усиливалась[16].

В советский период происходит обобщение указанных преступлений, выработка квалифицирующих признаков практики рассмотрения указанных категорий дел, отождествление их с преступлениями против жизни, здоровья, свободы личности.

В зарубежном праве история формирования преступлений против половой свободы и неприкосновенности имеет некоторые схожие черты, как в России, однако существовали и различия. Подобные различия заключались в основном в размере наказания. Так, например, в английском Акте о преступлениях против личности 1861 году покушение на изнасилование каралось 10 годами каторжных работ, а уже совершенное изнасилование пожизненными каторжными работами.

Вопросам искоренения насилия в сфере сексуальных преступлений в настоящее время посвящена Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 61/143 от 19.12.2006[17]. В п. 4 указанного нормативно-правового акта установлено, что необходимо квалифицировать все формы насилия в отношении женщин в качестве уголовного преступления. Существуют и иные акты, посвященные искоренению преступности в данной сфере, например, Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 62/134 от 18.12.2007[18], Декларация прав ребенка от 20.11.1959, Конвенция о правах ребенка от 20.11.1989[19].

В 1993 году Генеральная Ассамблея ООН отметила, что насилие в отношении женщин — это результат исторически сложившегося неравного соотношения сил между полами, которое привело к доминированию мужчин над женщинами и соответственно к дискриминации в отношении женщин.

Аналогичные позиции выдвигаются и современными правоведами. Так лексический анализ слова изнасилования происходит от латинского термина “rapere” и означает хватать, уносить и красть. Поэтому учеными был сделан вывод, что в античные времена это было одним из способов добыть жену — её изнасилование и привод в племя. После этого мужчина должен был защищать свою честь и достояние, не позволяя другим мужчинам схватить жену[20].

Поэтому в первоначальных источниках права – изнасилование рассматривалось как преступление против собственности и чести, но не как преступление против женщины.

Так исходя из положений Кодекса Хаммурапи — человек, который изнасиловал обрученную девственницу, подвергался смертной казни. Однако если мужчина насиловал замужнюю женщину, виновным считались оба — и насильник, и его жертва, и оба подвергались казни — их топили. При этом женщина считалась виновной если она была изнасилована в городе, где её крики могли бы привлечь людей ей на помощь. Вне городских стен женщина признавалась невиновной.

В случае если женщина не была помолвлена, то преступник должен был заплатить ее отцу штраф и жениться на ней вне зависимости от желания женщины[21].

В дальнейшем законы становились более детализированными, наказание стало завесить от положения в обществе женщины. Так во времена Вильгельма Завоевателя в 11 веке мужчина, изнасиловавший женщину высокого происхождения, наказывался кастрацией и ослеплением. Вина определялась битвой между обвиняемым и защитником, поэтому если у изнасилованной женщины не было защитника, то насильник признавался невиновным[22].

В последующие века подобные действия во множестве стран получили некоторую специфику, в частности, мужчины с высоким положением в обществе, например, рыцари могли обвинить подчинённых в совершении изнасилования с целью избежать наказания и отцовства, а также спасти свою репутацию. Специфика также выражалось в том, что солдаты-победители были вправе насиловать вражеских женщин[23].

С начала 20 века был значительный рост правового регулирования в сфере защиты половой неприкосновенности и свободы, однако не всегда и не во всех странах.

В США в середине 20 века преобладала дискриминация по расовому признаку и из-за этого в зависимости от социального положения жертвы и насильника, в частности, на юге США в 1950-е годы с одной стороны белого мужчину редко привлекали к ответственности за изнасилование черной женщины, а с другой стороны черного мужчину, обвиненного в насилии над белой женщиной, наказывали моментально. В настоящее время в 38 из 50 американских штатов принудительное сношение между мужем и женой не считается изнасилованием, а в большинстве зарубежных стран мужчину вряд ли смогут обвинить в изнасиловании проститутки[24].

В настоящее время проблемы правового регулирования преступлений против половой неприкосновенности и свободы в зарубежном праве также существуют. В Ирландии адвокат, обвиняемого в изнасиловании 17 летней жертвы, предоставила нижнее белье жертвы (кружевное) в качестве доказательства ее сексуального согласия. На основании этого обвиняемый был освобожден от ответственности, хотя по показаниям свидетеля мужчина тащил девушку по земле и держал руку на ее шее. По словам обвиняемого указанный свидетель все понял неправильно[25]. В Германии избежали ответственности мигранты в виду того, что групповые изнасилования являются их национальными обычаями[26].

Нередко и сами женщины злоупотребляют своими правами, обманывают следственные органы, формируют ложные обвинения в совершении преступлении против половой свободы. Случаи совершения подобных действий и освобождения преступников от наказания лишь подтверждают необходимость совершенствования как национального законодательства, так и международного сотрудничества.

Более того, отношение к этой ситуации в обществе становится особенно активным после обвинения в совершении указанных преступлений тех лиц, которые должны защищать права человека. Так, например, в международной обстановке все чаще звучат обвинения на миротворцев ООН как на насильников в голубых касках[27]. В России также неоднократно обвиняли сотрудников полиции и иных силовых ведомств в совершении преступлений против половой свободы.

В связи с этим в настоящее время в различных международных актах проблема правового регулирования преступлений против половой свободы и неприкосновенности поднимается постоянно.

Некоторые отечественные авторы отмечают, что отсутствие законов о правах женщин кроме Уголовного кодекса и Кодекса об административных правонарушениях влияет на соответствующую криминализацию насилия в отношении женщин[28].

В конце 20 века, начале 21ого и до настоящего времени также было принято множество международных актов. Так, например, в 2011 году на основании Конвенции Совета Европы «О предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием» для стран участниц была сформирована обязанность совершенствовать различные социальные методики по защите женщин как наиболее уязвимой группы, обеспечивать влияние на мировоззрение общества для снижения терпимости и игнорирования насилия против женщин, что должно стать предпосылкой для снижения преступности в указанной сфере, однако Российская Федерация не подписала данную Конвенцию.

Подводя итог, отметим, что в период Древнего Мира и Средневековья нормы законодательства как в России, так и в иных различных странах не рассматривали половую свободу как объект уголовно-правовой охраны. В данный период времени ответственность зависела от принадлежности преступника и жертвы к определенному классу, что приводило к избирательному применению наказания.

Конец 17 в. — начало 20 века следует охарактеризовать как начало появления норм, защищающих половую свободу женщин и половую неприкосновенность с учётом различных факторов, например, поведение и состояние жертвы.

В современный период половая свобода и неприкосновенность является объектом уголовно-правовой охраны в России. При этом международное сообщество в настоящее время прилагает множество усилий с целью искоренения преступности в указанной сфере. Следует отметить, что как Российское законодательство, так и международное правовое регулирование находится в стадии развития и совершенствования в виду придания огласке резонансных уголовных дел, а также в виду того, что преступники зачастую избегают ответственности. В дальнейшем рассмотрим способы совершения указанных преступлений.

Понятие и составы преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, предусмотренные российским законодательством

Исходя из положения ч. 1 ст. 22 Конституции РФ[29] каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

В науке уголовно права отмечается, что преступлениями против половой неприкосновенности и половой свободы признаются общественно опасные умышленные преступления против половой свободы взрослых лиц, а также половой неприкосновенности и условий развития лиц, являющихся несовершеннолетними[30].

Таким образом, основными объектами указанных преступлений являются половая свобода и половая неприкосновенность.

Под половой свободой в науке уголовного права общепринято право человека самостоятельно решать, с кем и как удовлетворить его сексуальные желания[31].

И.В. Пантюхина под половой свободой понимает добровольный выбор способа и формы сексуальных отношений, партнера для их осуществления[32].

Под половой неприкосновенностью — право малолетних лиц и психически больных лиц не подвергаться вовлечению в половые отношения.

По мнению некоторых исследователей половая неприкосновенность обусловлена тем, что указанные категории лиц не имеет половой свободы и соответственно должны быть защищены уголовным законом от сексуального насилия[33].

По мнению других исследователей половая неприкосновенность обусловлена тем, что указанные категории лиц хотя и имеют половую свободу, однако в виду невозможности осознавать характер таких действий, а также в виду причиняемого им вреда не могут ей распоряжаться[34].

Понятие половое сношение, используемое в Уголовном кодексе, по мнению Лебедева В.М. является не юридическим, а медицинским термином, который означает физиологический акт, направленный на продолжение рода[35].

Под насилием понимается физическое насилие в виде насильственных действий, причинивших физическую боль, легкий или средней тяжести вред здоровью[36].

Родовым объектом рассматриваемых преступлений выступают общественные отношения, охраняющие права и свободы личности. Видовым объектом преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности является совокупность общественных отношений, обеспечивающих право личности на половую неприкосновенность и половую свободу.

В рассматриваемой группе преступлений в зависимости от непосредственного объекта можно выделить следующие виды деяний:

Во-первых, деяния, посягающие на половую неприкосновенность личности:

— изнасилование и насильственные действия сексуального характера в отношении несовершеннолетних и малолетних;

— половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим 16-летнего возраста;

— развратные действия.

Во-вторых, деяния, посягающие на половую свободу личности:

— изнасилование;

— насильственные действия сексуального характера;

— понуждение к действиям сексуального характера.

Также в зависимости от способа совершения преступления указанные деяния можно разделить на деяния, совершаемые с применением насилия (ст. ст. 131, 132, 133 УК РФ[37]), и деяния, совершаемые без применения насилия (ст. ст. 134, 135 УК РФ[38])[39].

Общим признаком преступлений сексуального характера является родовой объект посягательства — общественные отношения, обеспечивающие половую неприкосновенность и половую свободу личности.

Непосредственный объект — отдельные сферы половой свободы и половой неприкосновенности[40].

Субъекты данных преступлений — физические лица, вменяемые, достигшие возраста уголовной ответственности.

В зависимости от преступления субъект может быть как общим, так и специальным. В частности, субъект изнасилования по ст. 131 УК РФ[41] является общим, однако исполнителем этого преступления может быть только лицо мужского пола. Субъект развратных действий по ст. 135 УК РФ[42] — специальный, им может быть только лицо, достигшее возраста восемнадцати лет.

По объективным признакам все преступления, входящие в данную группу, совершаются путем действия. Эти преступления имеют формальный состав за исключением квалифицированных видов изнасилования. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом[43].

При этом в науке уголовного права отмечается, что особо квалифицированные преступления возможны при прямом и косвенном умысле, а также при легкомыслии, например, если деяние повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью, заражение ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия.

Однако по мнению некоторых исследователей, законодателю следует внести изменения в Уголовный кодекс в такое последствие, как заражение ВИЧ-инфекцией в качестве самостоятельного квалифицирующего признака на примере заражения венерическим заболеванием[44].

Рассмотрим все составы преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы более подробно.

Понятием изнасилования охватывается насильственное совершение полового акта между мужчиной и женщиной. Все иные половые акты в иных формах квалифицируются в качестве насильственных действий сексуального характера[45].

Основным объектом изнасилования является половая свобода и половая неприкосновенность. Дополнительным объектом является здоровье жертвы, её честь и достоинство. У несовершеннолетних дополнительным объектом также является их нормальное физическое, психическое, моральное и половое развитие.

Объективная сторона указанного деяния состоит, во-первых, из полового сношения, а, во-вторых, насилия или угрозы его применения либо использования беспомощного состояния потерпевшей. Отсутствие одного из действий означает отсутствие изнасилования либо квалификацию деяния в соответствии с иными статьями Уголовного кодекса.

Угроза выражается запугиванием жертвы такими действиями или заявлениями, которые явно выражают намерение применения физического насилия в отношении жертвы или других лиц.

При этом, только факт угрозы уничтожения имущества, его порчи, распространения порочащей информации не считаются объективными признаками изнасилования в виду того, что они не взаимосвязаны с применением физического насилия и представляют собой давление на психику потерпевшей с целью склонить к половому сношению[46].

Р.Д. Шарапов, под насилием понимает действия, которые направлены на лишение воли и принуждение к чему-либо[47]. По мнению Р.Д. Сабирова насилие — это воздействие на жертву[48]

А.И. Марченко отмечает, что насилие обусловлено активной сознательной деятельностью (поведением) против свободного волеизъявления[49].

И.С. Скифский выделяет насилие в качестве формы поведения, при этом, выделяя, в качестве психического насилия побочный элемент насилия, то есть вспомогательной части достижения преступного результата с целью подавления воли жертвы[50].

По мнению некоторых исследователей понятием насилия также охватывается как физическое, так и психическое насилие одновременно[51].

Изнасилование следует считать оконченным с момента начала полового сношения.

Субъективная сторона изнасилования заключается в прямом умысле. Преступник осознаёт, что он вступает в половое сношение с жертвой с угрозой применения насилия либо с использованием ее беспомощного состояния и желает этого вопреки воле жертвы.

Субъект преступления — специальный, только вменяемое лицо мужского пола, достигшее 14-летнего возраста. Если женщина использует или угрожает применить насилие в отношении жертвы или других лиц, ставит ее в состояние беспомощности, при котором лицо мужского пола совершает половое сношение, то в этом случае лицо женского пола может быть признано соисполнителем.

Квалифицирующими признаками по ч. 2 ст. 131 УК РФ[52] являются:

— изнасилование, соединенное с угрозой убийства или причинением тяжкого вреда здоровью, а также совершенное с особой жестокостью по отношению к потерпевшей или другим лицам;

— совершение изнасилования группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

— изнасилование, повлекшее заражение потерпевшей венерическим заболеванием.

Изнасилование, совершенное группой лиц в тех случаях, когда виновные лица, действуя согласованно и применяя насилие или угрозу его применения в отношении нескольких лиц, затем совершают насильственный половой акт с каждым или хотя бы с одним из них[53].

Например, согласно материалам определения Верховного Суда РФ от 23 декабря 2005 г. N 46-о05-60[54] деяние было переквалифицировано с ч.2 ст. 131 УК РФ на ч.1 ст. 131 УК РФ в виду того, что в процессе хищения имущества, продолжая свои преступные действия в отношении потерпевшей, находившейся в бессознательном состоянии Ж., реализуя внезапно возникший умысел, изнасиловал потерпевшую. После этого ее изнасиловали Т. и В. Следовательно отсутствовал предварительный сговор[55].

С применением угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью ответственность наступает в случаях, когда угроза явилась средством преодоления сопротивления воли потерпевшей и имелись основания опасаться осуществления угрозы. В ином случае, например, после изнасилования действия виновного лица подлежат квалификации по ст. 119 УК РФ[56] и по ч. 1 ст. 131 УК РФ[57].

При этом умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при изнасиловании должно квалифицироваться по соответствующей части ст. 131 УК РФ[58] и по ст. 111 УК РФ.

Убийство в целях сокрытия изнасилования следует квалифицировать п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ[59] ст. 131 УК РФ[60].

Изнасилование с особой жестокостью предполагает причинение физических или нравственных мучений и страданий. Особая жестокость также может быть выражена в издевательствах, глумлении, истязании, изнасилования в присутствии близких потерпевшей.

Часть 3 ст. 131 УК РФ[61] предусматривает ответственность за изнасилование при наличии особо квалифицирующих признаков:

— изнасилование несовершеннолетней;

— изнасилование, повлекшее по неосторожности тяжкий вред здоровью потерпевшей, заражение ее ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия.

Часть 5 ст. 131 УК РФ[62] устанавливает ответственность за изнасилование потерпевшей, не достигшей четырнадцатилетнего возраста, лицом, имеющим судимость за ранее совершенное преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего.

В дальнейшем рассмотрим также следующие составы преступлений: насильственные действия сексуального характера, понуждение к действиям сексуального характера, половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста и развратные действия.

Основной объект насильственных действий сексуального характера аналогичен объекту изнасилования. Объективная сторона осуществляется путём совершения актов мужеложства, лесбиянства или других действий сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения либо с использованием беспомощного состояния.

В случае добровольного согласия, состав преступления отсутствует[63].

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления — вменяемое лицо мужского или женского пола, достигшее возраста 14 лет.

Иные признаки насильственных действий сексуального характера аналогичны рассмотренным выше признакам состава изнасилования.

Преступление, предусмотренное ст.132 УК РФ выделяет в качестве объективное стороны совершение иных действия сексуального характера, однако по мнению ряда исследователь подобный подход изобилует оценочными признаками и соответственно подвергается критике.

В правоприменительной практике для определения данной конструкции используются достижения современной науки, дающие ориентирующий перечень известных форм половой активности за исключением изнасилования, мужеложства или лесбиянства. При этом составить исчерпывающий перечень «иных действий сексуального характера», влекущих уголовную ответственность, исследователям не представляется возможным. Отсутствие такого перечня позволяет отнести к подобным действиям абсолютно все действия, либо исключить их из уголовно наказуемого деяния.

В наше время сложилось несколько подходов к пониманию иных действий сексуального характера. В рамках первого подхода под действиями сексуального характера понимаются действия, выражающиеся в имитации полового акта. В рамках второго — действия, с дотрагиванием до половых органов или иных частей тела с целью удовлетворения сексуальных потребностей. Так ученые выделяют указанные действия в качестве различных сексуальных действий с участием полового органа хотя бы одного из партнеров с целью удовлетворения сексуальной потребности виновного. В рамках третьего подхода исключается возможность совершения иных действий сексуального характера при помощи пальцев или предметов. Третий подход совершения действий сексуального характера заключается в испытании наслаждения, полового возбуждения при виде мучений жертвы и после садистских манипуляций без последующего совершения тех или иных сексуальных актов.

Четвертый подход заключается в совершении таких действий сексуального характера, при которых вред причиняется лишь здоровью жертвы, но не половой свободе, а также нормальному нравственному и половому развитию[64].

Основным объектом понуждения к действиям сексуального характера выступают половая свобода или половая неприкосновенность личности, а факультативным могут быть честь, достоинство, деловая репутация потерпевшего, его имущество. Потерпевшими по ч. 1 ст. 133 УК РФ[65] могут быть только взрослые лица мужского либо женского пола, а по ч.2 ст. 133 УК РФ[66] только несовершеннолетние.

Объективная сторона выражается в понуждении лица к половому сношению, мужеложству, лесбиянству или совершению иных действий сексуального характера путем шантажа, угрозы уничтожением, повреждением или изъятием имущества либо с использованием материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей). Психическое воздействие в виде угрозы применения насилия к потерпевшим не охватывается рассматриваемым составом преступления и подлежит квалификации по ст. ст. 131 УК РФ[67] или 132 УК РФ[68].

Уголовный закон содержит строго ограниченный перечень форм понуждения, подавления воли потерпевшего потерпевшей. При этом понуждение с использованием материальной или иной зависимости признается преступным в случаях, когда виновное лицо угрожает законным интересам жертвы, например, понижением в должности, увольнением со службы или работы, невыплатой заработной платы. Обещание предоставить материальные блага, льготы, преимущества не рассматриваются как принуждение.

О материальной зависимости можно говорить в таких случаях как отношения работодателя к работнице или служащей; отношения воспитателей и проживающих у них; отношения богатых родственников к бедным, с оказанием материальной поддержки; отношение лица, оказывающего благотворительную помощь лицам, пользующимся ей; содержанка, живущая на средства, выдаваемые ей поклонником[69].

В связи с этим следует учитывать, что в уголовно-правовом аспекте зависимость ставится в том случае если она выражается в качестве крайней нужды.

Однако не все исследователи с таким подходом согласны. Специалисты, придерживающиеся нормативного подхода указывают, что в диспозиции правовой нормы ничего такого не говорится и важен факт реальности такой зависимости и причинно-следственной связи, что и позволяет рассматривать ее в качестве варианта беспомощного состояния потерпевшего[70].

Понуждение к действиям сексуального характера считается оконченным с момента понуждения независимо от согласия или отказа потерпевшей.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления — вменяемое лицо мужского или женского пола, достигшее 16-летнего возраста.

Основным объектом полового сношения и иных действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста является половая неприкосновенность несовершеннолетних, их нравственное и физическое развитие, а также здоровье, которому может быть нанесен вред из-за раннего начала половой жизни[71].

Потерпевшей по ч. 1 ст. 134 УК РФ[72] может быть только лицо, не достигшее 16-летнего возраста, женского пола. По ч. 2 ст. 134 УК РФ[73] потерпевшими могут быть лица, не достигшие 16-летнего возраста как женского, так и мужского пола.

Объективная сторона преступления характеризуется действиями, которые выражаются в добровольном взаимном согласии по половому сношению, мужеложству либо лесбиянству. Потерпевшие должны понимать значение совершаемых действий, в противном случае наступает ответственность по ст. 131 УК РФ или 132 УК РФ.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Субъект преступления — вменяемое лицо мужского или женского пола, достигшее 18-летнего возраста.

Часть 3 статьи 134 УК РФ[74] устанавливает ответственность за указанные деяния, совершенные с лицом, достигшим 12 лет, но не достигшим 14 лет.

Основным объектом развратных действий является половая неприкосновенность несовершеннолетних, их нормальное нравственное и физическое развитие, здоровье. Потерпевшими по ч. 1 могут быть лица обоего пола, не достигшие указанного в законе конкретного возраста — достигшие 14 лет, но не достигшие 16 лет.

Объективная сторона характеризуется развратными действиями, совершаемыми без применения насилия. Развратными действиями являются такие действия, которые направлены на удовлетворение половой страсти либо на возбуждение полового влечения в несовершеннолетнего, не связанные с совершением полового акта, мужеложства, лесбиянства или иных действий сексуального характера. Указанные действия оказывают развращающее влияние на развитие несовершеннолетних, формируя безнравственное поведение в отношениях между полами.

Развратные действия могут быть как физическими, так и интеллектуальными.

Физическими являются: обнажение половых органов, прикосновения к ним, совершение непристойных жестов, полового акта, иных действий в присутствии несовершеннолетнего. Интеллектуальные развратные действия могут выражаться, например, в демонстрации продукции порнографического содержания, в ведении циничных разговоров на сексуальные темы, в склонении детей к совершению сексуальных действий и др.

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления — вменяемое лицо мужского или женского пола, достигшее 18-летнего возраста.

Часть 2 ст. 135 УК РФ устанавливает ответственность за то же деяние, совершенное в отношении лица, достигшего 12 лет, но не достигшего 14 лет.

Если развратные действия являлись частью последовавших за ними преступлений, предусмотренных ст. 131 или 132, либо 134 УК, то содеянное полностью охватывается данными составами и совокупности не образуют.

Таким образом, действующий Уголовный кодекс предусматривает достаточно большой перечень преступных деяний против половой неприкосновенности и половой свободы личности во исполнение положений международных соглашений и Конституции РФ, что обеспечивает дифференцированный подход при назначении уголовного наказания.

Общая характеристика способов и обстановки совершения преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности личности.

Для квалификации преступления большое значение имеет объективная сторона преступления, которая позволяет проанализировать действия преступников, способы совершения преступления и признать деяние общественно-опасным.

Так исследователи и криминалисты выделяют следующие способы совершения преступлений в указанной сфере.

Сексуальные прикосновения — действия, направленные на возбуждение или удовлетворение сексуального желания, например, поверхностный петтинг, заключающийся в форсировании поцелуев и объятий; глубокий петтинг — воздействие рукой на половые органы.

Так по одному из уголовных дел, преступник подозвал жертву и прижал к себе рукой. Продолжая свои действия, приспустил сзади шорты и стал трогать ее половые органы, чем совершил развратные действия[75].

Оральные ласки -вид беспенетрационного секса, при котором воздействие на гениталии или заднепроходное отверстие осуществляется губами и языком.

Суррогатными формами полового сношения являются действия сексуального характера, совершаемые путем стимуляции полового члена различными способами, за исключением вагинального, орального и анального контактов. Например, мастурбация партнера, взаимная мастурбация, вестибулярный секс[76].

Бесконтактные развратные действия — формы психического воздействия виновного на потерпевшего с отсутствием физического контакта между ними и наличием цели удовлетворения сексуальных потребностей или возбуждения у потерпевшего интереса к сексуальным действиям (действия сексуального характера в присутствии потерпевшего, склонение его к таким действиям, демонстрация сексуальных сцен и продукции сексуального содержания, сексуальное общение)[77].

Касаемо серийных преступников, их место жительства возможно установить при помощи гипотезы круга Д. Кантера, суть которой заключается в том, что, если определить деяния на географической карте и два расположенных на наибольшем расстоянии друг от друга места преступления в качестве конечных точек диаметра круга, то с большой вероятностью правонарушитель должен проживать внутри данного круга.

Практические выводы подтверждают, что 87% преступников проживали внутри спрогнозированного с помощью гипотезы круга региона.

Передвижение злоумышленника следует концепции угасания расстояния (уменьшение количества деяний с увеличением расстояния от дома преступника) — на расстоянии свыше 10 км от дома правонарушителя совершается лишь каждое десятое сексуальное преступление — 9% от их общего количества[78].

В криминалистике расследование преступлений в указанной сфере также зачастую связано с использованием абонентского портрета (совокупности критериев активности абонента на основании географического источника мобильных соединений; звонкам; по повторяющимся звонкам; по соединениям в то или иное время суток и т.п.)[79].

В результате изменения общественных отношений и развития интернета, многими специалистами выдвигается идея прогнозирования портрета интернет-пользователя на основании изучения используемого имени пользователя, посещаемых сайтов, времени и длительности их посещения и т.п. Эта информация также может быть использована в создании целостного криминалистического портрета неустановленного преступника, что подчеркивает гибкость, открытость данной информационной модели, возможность ее использования для систематизации и анализа самой разнообразной информации о личности преступника[80].

В научной литературе отмечается, что место и время совершения сексуальных действий ненасильственного характера зависит от свойств личности субъекта преступления. Однако такой анализ учёными производится в основном при анализе либо преступлений против половой неприкосновенности, либо при совершении серийных преступлений. Так было выявлено, что при внезапном умысле, преступление реализуют вблизи от места знакомства. Так, К., находившийся в нетрезвом состоянии, столкнулся в лесопарке с находившимся без присмотра 5-летним ребенком. Мужчина отвел ребенка в расположенные поблизости заросли кустарника, где совершил в отношении него развратные действия.

В некоторых случаях такие субъекты приглашают несовершеннолетних домой или в специально арендуемые помещения. Например, М. знакомился с детьми 12 — 13 лет, которых приглашал к себе домой, и за плату предлагал им совершать действия сексуального характера друг с другом. Все действия снимались на видеокамеру и демонстрировались развращаемым несовершеннолетним, перерабатывались и использовались для изготовления порнографической продукции, реализуемой в розницу[81].

Субъекты пожилого возраста также совершают развратные действия под влиянием внезапно возникшего умысла, как правило, при обнаружении детей без присмотра и оценки обстановки в качестве благоприятной для развратных действий. Подготовительные операции непродолжительны и примитивны по содержанию. В большинстве своем они привлекают внимание ребенка, налаживают с ними контакт и завлекают в безлюдное место. Субъекты могут использовать интерес, проявленный детьми к их занятиям или предметам, которые у них находятся при себе.

Например, к 64-летнему мужчине, который занимался в парке мелким ремонтом велосипеда, подошел 4-летний мальчик. Заметив внимание ребенка, мужчина предложил ему прокатиться на велосипеде, увез в густые заросли деревьев и совершил там развратные действия[82].

Случаи вступления в контакт с детьми также могут быть реализованы под видом приглашения для занятий в спортивные секции, творческие кружки в целях необходимости их осмотра для проверки способностей, наличия физической подготовленности. Так по одному из уголовных дел обвиняемый с высшим педагогическим образованием знакомился во дворах жилых домов с девочками 8 — 10 лет, предлагал им записаться в балетный кружок. Причем преступник выбирал девочек с осведомленностью о престижности балета и других творческих занятий.

Впоследствии якобы для осмотра завлекал их в безлюдные места, где совершал развратные действия[83].

Избирая для совершения преступления места с разной по структуре обстановкой, преступники реализуют сходные по содержанию способы совершения преступлений. Субъекты из числа членов семьи потерпевших также используют условия уединенности. Указанные лица также применяют обман. Несовершеннолетние члены семьи предлагают поиграть в «доктора», «папу и маму». Другие лица раздевают детей и совершают сексуальные преступления, объясняя, что эти действия способствуют укреплению здоровья, улучшению внешнего вида, взрослению ребенка и так далее[84].

Жертвы отбираются по признакам внешности, а также по психологическим свойствам личности, информацию о которых удалось получить в социальных сетях.

Если несовершеннолетний не уклоняется от обсуждения, не прекращает контактов, делается переход к обсуждению фигуры жертвы, после чего предлагается сфотографироваться в обнаженном виде, в определенных позах и переслать изображения субъекту преступления.

Некоторые несовершеннолетние, открыто отказываясь от предложения субъекта преступления, просто прекращают общение с ним, ликвидируя свой аккаунт в Сети. Тогда субъект преступления начинает поиски новой жертвы или начинает воздействие на уже отобранную среди пользователей.

Получив требуемые изображения, некоторые субъекты развратных действий продолжают свою преступную деятельность с использованием возможностей сети Интернет. Часть субъектов развратных действий сразу же или спустя какое-то время утрачивает интерес к потерпевшим и по собственной инициативе прекращает отношения с несовершеннолетним. Другие пытаются от общения в сетях перейти к непосредственным контактам с несовершеннолетним. Одни из них продолжают развратные действия, другие совершают иные ненасильственные действия сексуального характера. Встречаются и лица, которые совершают различные насильственные действия сексуального характера в отношении несовершеннолетних, в том числе изнасилования[85].

Другие субъекты оказывают воздействие на потерпевших, уговаривая не сообщать о случившемся никому из окружающих. Оказывая психологическое воздействие на подростка, преступники предупреждают о неблагоприятном изменении отношения к нему со стороны окружающих, о проявлении гнева, презрения со стороны других близких. Часть из них сообщают, что в случае разоблачения случившегося подростки потеряют не только достигнутое положение, но и возможности продолжения занятий любимым делом. Например, тренер по фигурному катанию развращал и вовлекал в половую связь 14 — 15-летних девочек, обещая включение в сборные команды, поездки на соревнования в другие города и т.д.

После вступления в половые отношения предупреждал, чтобы потерпевшие никому не рассказывали о случившемся, поскольку их сразу же отчислят из секции[86].

Субъекты преступлений рассматриваемого вида используют для сокрытия особенности психологического склада потерпевшего, испытываемые им переживания.

Эти же качества жертв используются и для продолжения преступных отношений. Необходимо заметить, что давление на некоторых потерпевших не прекращается и после того, как о преступлении становится известно органам расследования. Психологическое воздействие на них оказывают не только субъекты преступления, но и лица, на поддержку которых рассчитывали пострадавшие. Эти обстоятельства подлежат обязательному учету в процессе расследования конкретных уголовных дел.

Таким образом, преступления против половой свободы и неприкосновенности могут совершаться в различных формах, которые невозможно обобщить в едином исчерпывающем перечне. Общими чертами указанных преступлений являются, что они совершаются под внезапно возникшем умысле, в относительной близости от дома преступника.

Статистика и предпосыли совершения преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности.

Половые преступления в структуре всей преступности составляют относительно небольшую долю, однако при этом характеризуются высокой степенью латентности.

Согласно официальной статистике, изнасилования, наряду с другими сексуальными преступлениями, имеет тенденцию к снижению.

Причинами возникновения латентности являются: позор для жертвы, опасения ухудшения социального статуса, нежелание отвечать на унизительные вопросы следователя об обстоятельствах случившегося, угрозы преступника и тому подобное[87].

Социологические исследования половой преступности активизировались после подписания Конвенции Совета Европы о предотвращении насилия в отношении женщин и домашнего насилия и борьбу с этими явлениями (Стамбульской конвенции 2011г.).

В частности, как отмечают авторы таких исследований, можно оперировать следующими данными:

— 35% женщин во всем мире испытали определенное проявления физического или сексуального насилия со стороны интимного партнера или другого лица;

— в 2015 около 120 млн. Девочек-подростков (15-19 лет) во всем мире хотя бы раз подвергались сексуальному насилию или других форм принуждения к сексу;

— 87% всех случаев сексуального насилия оказывают знакомые, 47% -друзья или партнеры.

Изучение географии преступлений показывает, что изнасилование по этому показателю достаточно однородны. Места их совершения в 2019 году в 75,2% квартиры, в 14,1% — лесопосадки, в 10,7% — безлюдные части улиц. Наиболее криминогенная часть суток — ночь (71,5%). Наиболее криминогенная пора — лето (41,7%), наименее — осень (21,7%)[88].

Достаточно важным вопросом при криминологической характеристике любого преступления является характеристика лиц, их совершающих. Так, в 2019 году почти 80% осужденных за совершение изнасилования имеют возраст от 14 до 29 лет. По данным, на этот возрастной интервал приходится пик физической и сексуальной активности. Также к причинам совершения изнасилований именно данной категорией можно отнести и то, что лица именно этого возраста сегодня воспитаны в условиях негативных социальных и экономических изменений, проблем морально-воспитательного, культурного характера. Однако нельзя исключать лиц более старшего возраста, хотя их численность не является значительной. Холостыми являются 79,5% насильников. Чем моложе преступники, тем чаще изнасилования и другие сексуальные преступления совершаются ими в группе. О принадлежности к определенному социальному слою свидетельствуют данные по занятости и рода занятий: 71,4% являются безработными;28,6% — работают, большинство из которых выполняют низко или среднеквалифицированной работу[89].

Примерно по 1/3 преступников имеют неполное среднее, среднее и среднее специальное образование. Насильники, зачастую, также были осуждены за хулиганство, кражу, грабеж и разбой (примерно по 35%). За убийство осуждается почти 20% насильников. Согласно данным ФСИН России за последние три года (2013 — 2015 гг.) практически каждый десятый несовершеннолетний, лишенный свободы, отбывал наказание за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности, что свидетельствует о достаточно высоком уровне распространения среди подрастающего поколения современной России сексуальных злоупотреблений криминального характера, что не может не вызывать опасений[90].

Как правило, морально-психологический портрет полового преступника, чаще всего характеризуют следующие черты:

— грубость, которая чаще переходит в жестокость; цинизм, неуважение к правам и свободам других лиц; стерты социальные границы между дозволенным и недозволенным поведением;

— взгляд на женщину или на другого (однополого — при удовлетворении половой страсти неестественным способом) партнера как на покоренное существо без права выбора и права сопротивления[91].

Анализ поведения сексуальных преступников позволяет выделить следующие их типы по способу поведения:

1) внезапный насильник (умысел на совершение сексуального преступления возникает внезапно под влиянием внешних обстоятельств);

2) «ищущий» (имеет умысел, при этом подыскивает жертву и выгодную ситуацию для совершения изнасилования)

3) планирующий (самостоятельно создает конкретную жизненную ситуацию совершение этого преступления по конкретной жертвы)

4) патологический (имеет отклонения психического и / или сексуальной сферы)[92].

Заслуживают особого внимания вопросы аномалий насильника.

Достаточно часто говорится о том, что сексуальный преступник — это больной человек, поэтому требует лечения, а не наказания. Однако исследователи отмечают, что среди насильников число невменяемых составляет лишь 5%.

В остальных могут наблюдаться психические и характерологические отклонения в пределах вменяемости (последствия черепно-мозговых травм, психопатии, неврозы, олигофрения в состоянии легкой дебильности, сексологические патологии и т.д.). 

Изучение пострадавших (жертв) и рассмотрение половых преступлений именно со стороны жертвы является важным потому, что именно она иногда играет важную роль в механизме совершения преступлений.

Самой распространенной возрастной категорией пострадавших (почти половина) являются лица в возрасте от 13-19 лет, за ней следуют лица от 20 до 32 лет. Также имеют место как малолетние, так и пожилые люди.

Если возраст мужчины-насильника свидетельствует о его сексуальной активности, то возраст потерпевшего — о ее состоянии при совершении этого преступления, как беспомощного состояния[93].

Из общего количества пострадавших почти 80% являются холостыми. Как и преступники, большинство из них (39%) имеют неполное среднее образование. Однако (в отличие от насильников) это объясняется преимущественно школьным возрастом большого количества пострадавших. Если насильники не работали из-за принадлежности к маргинальным частей общества, то жертвы — из-за возраста периода обучения.

К совершению преступления 36,3% лиц знакомы с насильником; около 15% — являются родственниками; в 42% случаев инициатором знакомства является преступник[94].

Среди социально-демографических и морально-психологических характеристик личности жертвы половых преступлений вообще и изнасилования в частности, важное место занимает именно поведение жертвы, которая вызывает немало споров как в теории, так и на практике.

Исследования А.Н. Ильяшенко показывают, что более половины (56,2%) опрошенных преступников утверждают, что перед совершением ими преступлений потерпевшие ведут себя агрессивно либо грубо, выражая вспыльчивость, неуравновешенность, лживость, вредность[95].

Многие ученые считают, что независимо от поведения жертвы нельзя говорить о её вине. Решение совершить половое преступление, независимо от поведения потерпевших лиц, принимается исключительно преступником. Как указывает Белашов Е.М., специалисты, которые считают иначе, как правило, не оценивают слова преступников критично, в результате чего в доктрине также складывается убеждение в том, что жертвы по большей части несут ответственность за насилие в отношении них[96].

Важным является рассмотрение понятия виктимности и виктимного поведения при совершении изнасилования. Виктимность мужчины при совершении этого преступления намного меньше, чем виктимность женщин вследствие психологических и физиологических факторов.

Безусловно, повышают виктимность не только поведение жертвы, также его состояние во время совершения изнасилования — беспомощность, вызванная временным (обморок) или постоянным болезненным состоянием (например, олигофрения) или возрасту (малый или пожилой).

Хотя иногда и взрослые люди не оказывают сопротивления как через осознание реальности угроз преступника в случае противостояния, так и в результате так называемого «паралича жертвы», который возникает у лица в случае его психологической неготовности к нападению.

Поведение жертвы изнасилования может быть положительной (препятствующей совершению изнасилования), нейтральной и провоцирующей (наличие некоторой сексуальной игры со стороны жертвы с отсутствием предвидения ней возможных последствий такого поведения)[97].

Так называемые «рецидивисты», помимо указанных личностных характеристик, обладают психологической зависимостью от наблюдения за страданиями жертвы, что ведет к повторению насилия, также они могут мотивироваться стремлением удовлетворить сексуальные желания с применением насилия и подавления воли жертвы. Исходя из упомянутой концепции гендерного подчинения в семье, можно утверждать, что такие лица самоутверждаются за счет унижения близких и зависимых от них лиц. Экономическая и психологическая беззащитность жертвы, синдром «избиваемой женщины»[98] ведут к чувству вседозволенности и последующему учащению совершения актов насилия.

Анализ личности преступника направлен на выявление закономерностей для исследования преступности и последующей профилактики совершения преступлений в семье. Однако в качестве криминогенных правовых факторов можно определить также различные правовые детерминанты, например, бездействие закона, нестабильность и неопределенность законодательства, дефицитность официального толкования[99]. В результате это ведет к игнорированию норм законодательства в отношении преступлений в семье правоохранительными органами, что иллюстрирует дело Маргариты Грачевой[100], трагические события которого развернулись в 2017 г. В сентябре 2017 г. девушка подала на развод, однако муж отвез ее в лес и угрожал убийством, после чего она подала заявление в полицию. Участковый провел с мужем Грачевой воспитательную беседу. Спустя некоторое время муж в лесу нанес ей множеством ударов топором по рукам, отделив их от тела. По словам полицейского, который должен был предотвратить совершение преступления он ждал «подтверждающих обстоятельств»[101].

По мнению М.Г. Самойлова профилактику сексуального насилия следует начинать с формирования нетерпимости в обществе в отношении всех форм насилия путем создания школьных курсов, а также осуществляя специальную подготовку сотрудников полиции, работников образования, медицинских и социальных работников[102].

Традиционно, для выявления определенных закономерностей той или иной популяции преступников и совершаемых ими преступлений, исследователи прибегают к статистическому и психологическому анализу различного рода данных, позволяющих сформировать социально-психологическую характеристику. Данная характеристика представляет собой массив информационных показателей: социально-демографического, уголовно-правового и криминалистического характера[103].

В России статистика количества зарегистрированных преступлений, которые направлены против половой свободы и неприкосновенности нестабильна, имеет как периоды возрастания, так спадов. Однако большинство из них связаны с различными объективными причинами.

Например, по мнению исследователей, виртуализация социальной жизни определяет рост преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы несовершеннолетних[104].

Число зарегистрированных преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних в 2017 году составило 12487 (+9,2%), а в 2016 –12353.

Подобный рост обусловлен:

1) отсутствием ограничений на доступ детей к информационным ресурсам в сети Интернет;

2) недостаточным контролем со стороны родителей в социальных сетях;

3) активизацией преступников в интернет-пространстве и социальных сетях;

4) повышением эффективности деятельности правоохранительных органов по выявлению преступлений;

5) ростом активной гражданской позиции россиян, сообщающих сведения в правоохранительные органы;

6) несовершенством законодательства в сфере контроля за рецидивистами[105].

По сведениям начальника УМВД Тюменской области в 2018 году причинами роста преступлений против несовершеннолетних на сексуальной почве является половая распущенность и отсутствие сексуального воспитания. Каждое второе преступление против половой неприкосновенности связано с добровольным вступлением несовершеннолетних в половую связь[106].

Статистические данные изнасилований по Приморскому краю, а также по другим регионам показывают, что их индекс постоянно изменяется. Например, в 2011 году индекс изнасилований в Приморском крае составил 0.45, в 2012 – 0.52, в 2013 – 0.53, в 2014 – 0.45, в 2015 – 0.25, в 2016 – 0.29, в 2017 – 0.22[107].

Что касается половых преступлений против взрослых, по мнению исследователей, статистические данные показывают, что их изменение, как правило, связано с изменением законодательства[108].

Например, с 2009 по 2013 г. в гл. 18 УК РФ были внесены поправки, которые оказали существенное влияние на структуру и динамику преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы человека. Статистические данные за 2009 — 2014 годы показывают ежегодное снижение числа зарегистрированных преступлений по России против половой неприкосновенности и свободы в среднем на 8,2%. В 2014-2016 годах по России значительно выросло количество указанных преступлений: в 2014 году — 10,2%, в 2015 году — 13,2%. В 2016 году количество преступлений практически не изменилось по сравнению с 2015 годом.

При этом, число изнасилований и попыток насилия, зарегистрированных в период с 2009 по 2016 год, снижалось в среднем на 5,7%. Однако их доля в общей структуре преступлений остается стабильной на уровне 0,2%. Связь между изменениями в законодательстве и статистическими данными возможно обнаружить при анализе преступлений по ст. 134 Уголовного кодекса.

Так в 2009 году уголовно значимый возраст потерпевшего разделен на три категории: лицо моложе 16 лет (часть 1), лицо моложе 14 лет (часть 2), лицо до 12 лет (часть 3). Это отразилось на официальной статистике преступности: в 2009 году прирост составил 6%, а в 2010 году спад 23,8%.

В 2012 были исключены лица, не достигшие 12-летнего возраста. Подобные деяния стали квалифицироваться по ст. 131 УК РФ либо по ст. 132 УК РФ. Указанное обстоятельство повлияло на снижение числа преступлений, предусмотренных ст. 134 УК: в 2012 г. — на 53,4%, в 2013 г. — на 28,5%.

В 2013 году из состава ст. 134 УК РФ была исключена конструкция “и половой зрелости[109].

Это преступление стало рассматриваться с любым лицом в возрасте до 16 лет, независимо от психофизиологического состояния. Соответственно количество преступлений по ст. 134 Уголовного кодекса увеличилось на 119,6% в 2014 году, на 47,5% в 2015 году и на 3,8% в 2016 году[110].

На состояние преступности оказывают влияние и иные факторы, в частности, из-за демографического кризиса число людей в возрасте от 20 до 35 лет уменьшилось, как и количество указанных преступников.

Многие специалисты в области криминалистики, уголовного права, криминологии сходятся в том, что совершение преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы кроется в личности преступника, его личностно-психологических, а также социальных характеристиках[111].

Ю.М. Антонян в своих исследованиях отмечал, что в конце 1990-х годов возросло количество случаев соучастия женщин в изнасилованиях. Ю.М. Антонян указывал, что изнасилования с участием женщин, как правило, совершаются молодыми женщинами и несовершеннолетними женского пола в отношении знакомых с целью снижения их социального статуса и повышения собственного. В связи с чем подобные преступления зачастую сопровождаются избиением и издевательством над жертвой[112].

Основное количество насильственных половых посягательств совершается именно посредством применения к потерпевшему лицу физического насилия. Беспомощное же состояние потерпевшего, по данным исследователей, при изнасиловании и насильственных действиях сексуального характера имеет место лишь в 9 — 10% случаев[113].

М.Г. Самойлов провел анкетирование девушек, подвергшихся сексуальному насилию; работников правоохранительных органов, комиссий по делам несовершеннолетних, медицинских психологов.

Указанный исследователь выявил, что жертвы в возрасте от 8 до 11 лет являются в основном жертвами насилия со стороны отца, отчима, деда, брата, а также друзей их родителей, чаще друзей отца. Чем выше возраст потерпевшей, тем больше вероятность совершения насильственных действий сексуального характера в ее отношении в квартире насильника[114].

Сексуальное насилие в отношении несовершеннолетних обусловлено возрастной незрелостью, доверчивостью жертв, неспособность адекватно оценить действия преступника. Указанные качества также служат причиной сокрытия случаев насильственных действий сексуального характера.

Насильственные действия сексуального характера в отношении несовершеннолетних в основном совершаются в дневное время, а в отношении жертв 15 — 18 лет в вечернее время. В отношении жертв возрастом от 8 до 11 лет насилие совершается по месту их проживания. Кроме того, несовершеннолетние жертвы, как правило, знакомы с насильником.

Применение физического насилия увеличивается к 16 — 18 годам жертвы, причем чем более физически привлекательна жертва, тем больше вероятность быть подвергнутой сексуальному насилию с применением физического насилия. В ряде случаев девушки сами провоцируют сексуальную агрессию со стороны насильника[115]. Девушки этого возраста оказывают сопротивление насильнику, иногда достаточно активное. У некоторых преступников это вызывает еще большую агрессию и жестокость по отношению к жертве[116].

Мотивы преступников меняются в зависимости от возраста насильника: чем выше возраст, тем ярче выражен мотив удовлетворения сексуальных потребностей, однако основным мотивом является самоутверждение[117].

Ю.М. Филиппова проанализировала личностные характеристики женщин, которые совершили преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних. Как отметила исследователь, информация о состоянии сексуальной преступности женщин в отношении несовершеннолетних в Российской Федерации схожа с данными, полученными в зарубежных исследованиях, например, в Англии в 60 % случаев жертвами преступниц стали дети, а в 40 % преступницы привлекались к ответственности как соучастники изнасилования.

Ю.М. Филиппова выявила, что существуют как определенные схожие черты, так и определенные гендерные различия между мужчинами, совершившими сексуальные преступления, и женщинами, осужденными за аналогичные деяния, несмотря на одинаковую уголовно-правовую квалификацию их действий.

Женщины, осужденные за указанные преступления, в том числе те, которые в совокупности квалифицированы по другим разделам в 35% случаев планируют совершение преступления, а в 65% совершили преступление в результате внезапно возникшего умысла при планируемом убийстве либо причинении вреда здоровью. Прямой умысел исследователем объясняется непреодолимым желанием доминировать. Механизм такого поведения основан на психологических и физических травмах, полученных в детском возрасте. В 95% случаев совершение указанных преступлений мотивировано насильственным и корыстно-насильственным характером.

При этом, 47,5 % женщин были осуждены за иные уголовные преступления, а для 52,5 % женщин это первая судимость[118].

Поведение преступников также имеет свои особенности в зависимости от возраста жертвы. Например, в отношении несовершеннолетних преступники отправляться в изолированные места для поиска жертвы. Среди них невелика доля ситуативных преступников, действующих под влиянием внезапно возникшего умысла[119].

Серийные преступники предпринимают подготовительные шаги, чтобы найти жертву запланированного нападения, причём выбирают те места, где жертва не находится под присмотром: секции дошкольных учреждений, различные площадки. Используя стремление детей к общению со взрослыми, их желание обладать или хотя бы пользоваться какими-то предметами, преступники привлекают несовершеннолетних с помощью игрушек.

После совершения преступления жертвы запугиваются, а в некоторых случаях их отвозят в места, где они не смогут вернуться домой.

Чувствуя себя беспомощными, недоверчивыми ко всем взрослым, несовершеннолетние и малолетние жертвы не обращаются к помощи посторонних[120].

Таким образом, проведенный анализ причин совершения преступлений против здоровья и половой свободы женщин в семье имеет как научное, так и практическое значение, конкретизируя проблемы детерминации преступности и применение к ней профилактических мер. Комплексное изучение криминогенных факторов, которые способствуют криминализации личности и учащению насильственных актов, знание особенностей личности преступника и позиций общественного мнения эффективно влияют на разрешение общих задач противодействию насилия в семье, определению необходимых направлений для борьбы с ним и последующей профилактикой.

Повышение нравственности в обществе позволит снизить количество преступлений против половой неприкосновенности, половой свободы личности, а также против жизни и здоровья. Повышения нравственности можно достичь путем активной пропаганды семейных ценностей и целомудрия, духовного развития, блокировки интернет-ресурсов и аккаунтов, содержащих материалы эротического и порнографического характера.

Нравственность является не только залогом формирования порядочности личности, но и способствует укреплению семей. Институт семьи в современной России претерпевает серьезную трансформацию, негативно сказывающуюся на общественных отношениях. Институт семьи призван выполнять функцию ведущего социально-культурного института, однако на практике данная функция выполняется не в полной мере. С помощью государственной политики необходимо возродить былое уважительное отношение к институту семьи, верности и уважению старших. Только семья способна обеспечить благоприятную обстановку для формирования личности каждого члена общества. Например, в Германии финансово выгодно жить в браке, так как налоговая ставка для семейных пар значительно ниже, чем для одиноких граждан, вместе с тем бракоразводный процесс обходится гораздо дороже, чем в России. Такими мерами государство стимулирует создание и сохранение семейных уз[121].

По мнению некоторых исследователей, такой подход к развитию института семьи должен в данном случае учитываться уголовно-правовой политикой.

Разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по отдельным вопросам квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности

В соответствии со статьей 126 Конституции РФ Верховный Суд Российской Федерации наделен правом дачи разъяснений по вопросам судебной практики[122].

За последнее десятилетие в статьи гл. 18 Уголовного кодекса РФ пять раз вносились изменения и дополнения. Содержание некоторых из них оказалось недостаточно ясными для правоприменителя и вызвало споры среди представителей науки и практики.

В первоначальной редакции УК РФ предусматривалось, что уголовная ответственность за изнасилование несовершеннолетней наступает при условии, что виновному заведомо известно несовершеннолетие потерпевшей. Обязательными условием привлечения виновного к уголовной ответственности являлась известность факта недостижения потерпевшей определённого, установленного законом, возраста.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 года № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» Верховный Суд указал, что ответственность наступает лишь в случаях, когда виновное лицо достоверно знало о возрасте потерпевшего лица (являлось родственником, знакомым, соседом) или когда внешний облик потерпевшего лица явно свидетельствовал о его возрасте[123].

Добросовестное заблуждение исключало вменение виновному лицу квалифицирующего признака.

В соответствии с Федеральным законом от 27 июля 2009 года № 215-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» статьи 131, 132, 134, 135 УК РФ были изложены в новой редакции. При этом в статьях 131 и 132 УК РФ заведомость была исключен, но сохранена до 2012 года в статьях 134 и 135 УК РФ[124].

Подобное изменение уголовного закона, по мнению исследователей, должно было усилить защиту несовершеннолетних от посягательств на их половую неприкосновенность[125].

Однако Верховный Суд в ранее действовавших постановлениях и в п. 22 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 04.12.2014 N 16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» (далее — Постановление Пленума Верховного Суда РФ 2014 г. № 16) указывает, что применяя закон об уголовной ответственности за совершение преступлений в отношении несовершеннолетних, судам следует исходить из того, что квалификация преступлений по соответствующим признакам возможна лишь в случаях, когда виновный знал или допускал, что потерпевшим является лицо, не достигшее восемнадцати лет или иного возраста, специально указанного в диспозиции статьи Особенной части УК РФ[126].

Таким образом, Верховный Суд РФ, по мнению ряда исследователей, лишил нововведение того смысла, который в них закладывал законодатель[127].

Постановление Пленума Верховного Суда РФ 2014 г. № 16 кардинально изменило позицию, отказавшись от определения признаков объективной стороны составов преступлений, предусмотренных ст. 131 и ст. 132 УК РФ; были исключены понятия «половое сношение», «мужеложство», «лесбиянство», «иные действия сексуального характера», которые раскрывались ранее.

В п. 1 Пленума Верховного Суда РФ 2014 г. обращено внимание на то, что объективная сторона преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ, предусматривает применение насилия или угрозы его применения не только непосредственно к жертве, но и к иным лицам.

Однако в противоречие этому утверждению в п. 4 Пленума Верховного Суда РФ 2014 г. разъяснено, что если при изнасиловании или совершении насильственных действий сексуального характера в целях преодоления сопротивления потерпевшего лица применялось насилие или выражалась угроза применения насилия в отношении других лиц (к примеру, близкого родственника потерпевшей), такие действия требуют дополнительной квалификации по иным статьям Особенной части УК РФ.

В п. 5 Пленума Верховного Суда РФ 2014 г. указано, что беспомощное состояние потерпевшего, помимо физического или психического состояния, может возникать и в силу иных обстоятельств. Под иными обстоятельствами некоторые ученые понимают состояние сна так как потерпевшее лицо не способно осознавать происходящее и оказывать сопротивление, и это охватывается умыслом виновного, позволяя ему действовать помимо воли потерпевшего.

Таким образом, не имеет значения, по какой причине потерпевший оказался в беспомощном состоянии — по вине виновного, в результате собственных действий или иных причин. Важен сам факт использования виновным беспомощного состояния потерпевшего при совершении насильственных половых преступлений.

 Определению момента окончания насильственных половых преступлений посвящен п. 7 Пленума Верховного Суда РФ 2014 г, однако возникает вопрос относительно того, когда иные действия сексуального характера должны признаваться оконченными, если выражаются не в совершении полового акта, а в какой-либо иной форме.

Спорным вопросом также является п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 2014 г. Так совершение виновным нескольких преступлений должно быть квалифицировано как совершенное в отношении двух или более лиц.

Тем не менее, по мнению исследователей, сущность квалифицированного состава преступления, предусматривающего повышенную уголовную ответственность за совершение деяний в отношении двух или более лиц, заключается в том, что виновный в рамках единого продолжаемого преступления совершает действия в отношении двух или более потерпевших. Тогда как продолжаемое преступление предполагает, что юридически тождественные действия сексуального характера совершаются в течение непродолжительного времени, при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии единого умысла виновного лица в отношении несколько потерпевших.

В судебной практике возникает вопрос о квалификации в случае, когда, например, виновный в течение продолжительного времени неоднократно совершал насильственные действия сексуального характера в отношении потерпевшего лица. Следует ли квалифицировать по совокупности преступлений или же содеянное может быть признано продолжаемым преступлением. Исходя из рекомендаций Пленума, что как единое продолжаемое преступление, предусмотренное ст. 132 УК РФ, содеянное следует квалифицировать только в тех случаях, когда в течение непродолжительного времени виновным было совершено несколько насильственных действий сексуального характера и обстоятельства содеянного свидетельствуют о едином умысле виновного на совершение указанных тождественных действий.

В то же время неправильное толкование умысла «как вновь возникающего каждый последующий раз» и разрыв во времени между эпизодами нередко являются решающими аргументами при возбуждении уголовных дел в отношении одного и того же лица, совершавшего регулярные сексуальные посягательства в отношении одной потерпевшей, в одном и том же месте.

Например, следственным органом по Хабаровскому краю в 2015 г. было возбуждено 30 уголовных дел по признакам преступлений, предусмотренных п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 131 и п. п. «а», «б» ч. 3 ст. 132 УК, а также предполагалось вменение еще 180 аналогичных эпизодов.

Постановления о возбуждении уголовных дел прокурор отменил как незаконные, поскольку тождественные эпизоды преступной деятельности совершались регулярно, в отношении одной потерпевшей, в одном и том же месте и обстоятельства совершения изнасилования или насильственных действий сексуального характера свидетельствовали о едином умысле виновного лица (имела место предварительная договоренность между супругами о регулярной половой связи с потерпевшей, которая свидетельствовала о том, что умысел на совершение указанных сексуальных посягательств не связан с возникающей каждый раз сексуальной потребностью обвиняемого) [128].

В этом случае определяющей стала предварительная договоренность между супругами о регулярных половых посягательствах на половую неприкосновенность несовершеннолетней, свидетельствующая о едином умысле на совершение всех последующих эпизодов преступной деятельности. Сексуальные посягательства, совершенные даже со значительным временным интервалом, но охваченные единым преступным умыслом, являются единым продолжаемым преступлением.

Пленум обращает внимание на то, что в процессе совершения половых преступлений виновный, действуя по единому умыслу, может совершать в отношении потерпевшего лица различные действия сексуального характера. Изнасилование и насильственные действия сексуального характера признаются групповыми не только в тех случаях, когда преступление было совершено в отношении одного потерпевшего лица (например, трое, удерживая потерпевшую, поочередно насиловали ее). Они признаются групповыми и тогда, когда несколько лиц согласованно применили насилие (физическое или психическое) к потерпевшим лицам, а затем каждый виновный, например, совершил изнасилование только одной потерпевшей, т. е. каждый из них вступил в половое сношение со «своей» жертвой.

Преступления признаются групповыми также и в тех случаях, когда несколько виновных применяли насилие к нескольким потерпевшим лицам, а затем действия сексуального характера были совершены лишь в отношении одного потерпевшего лица. Например, двое виновных запугали двух потерпевших лиц, а затем один из них совершил половой акт с одной потерпевшей.

Если установлено, что лицо не применяло насилие (физическое или психическое) и не совершало действий сексуального характера, т. е. не выполняло объективную сторону соответствующего состава преступления, но каким-либо образом содействовало совершению преступления, то оно подлежит ответственности за соучастие в преступлении.

Тем не менее неразрешенным остался вопрос о соотношении развратных действий и иных действий сексуального характера, а также прямо связанный с ним вопрос о разграничении составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 132 и 135 УК РФ[129].

Согласно Пленуму Верховного Суда РФ к развратным действиям в ст. 135 УК РФ относятся любые действия, кроме полового сношения, мужеложства и лесбиянства, совершенные в отношении лиц, достигших 12-летнего возраста, но не достигших 16-летнего возраста, которые были направлены на удовлетворение сексуального влечения виновного, или на вызывание сексуального возбуждения у потерпевшего лица, или на пробуждение у него интереса к сексуальным отношениям.

Вопрос об отнесении тех или иных действий к категории иных сексуальных действий сегодня не имеет однозначного решения в доктрине и практике. К иным сексуальным действиям относятся любые действия (кроме мужеложства и лесбиянства), выступающие проявлением половой активности, независимо от полового признака партнеров. Есть мнение, что сюда следует относить все действия, так или иначе носящие сексуальную окраску. Но эта окраска должна быть объективной, а не субъективной. Иначе истязание, при котором виновный получает сексуальное удовлетворение, тоже будет подпадать под ст. 132 УК РФ.

Практически все авторы причисляют к иным сексуальным действиям, предусмотренным в ст. 132 УК РФ, оральный и анальный половой акт между мужчиной и женщиной, введение инородных предметов, имитации полового контакта, традиционный половой акт, совершенный вследствие насилия, примененного женщиной к мужчине, и др.

Аналогичного мнения придерживаются Н.Н. Изотов, А.Г. Кибальник и И.Г. Соломоненко. Они считают, что к иным сексуальным действиям следует относить только действия, связанные с сексуальным проникновением: введение полового органа и иных предметов в естественные полости другого лица с целью получения сексуального удовлетворения. Именно таким образом решен вопрос в ст. 222-23 УК Франции, ст. 179 УК Испании[130].

Другие авторы расширяют перечень этих действий, относя сюда фроттаж, садизм, фетишизм, гетеросексуальный насильственный акт со стороны женщины.

Изложенное позволяет утверждать, что к иным действиям сексуального характера в ст. 132 УК РФ следует относить только контактные физические действия.

Наличие в диспозиции ч. 1 этой статьи слов «без применения насилия» может породить парадоксальную ситуацию, когда интеллектуальные развратные действия, совершенные с применением насилия или угроз, будут квалифицированы по ст. 132 УК РФ.

Судебная практика по этому вопросу чаще всего придерживается иного мнения. Так, за неоднократную отправку по Интернету лицу, не достигшему 12 лет, материалов порнографического содержания М. привлекался к ответственности по п. «б» ч. 4 ст. 132 и п. «б» ч. 3 ст. 242 УК РФ. Московский городской суд исключил из обвинения ст. 242 и оставил только ст. 132 УК РФ[131].

Однако большинство исследователей считают, что развратные действия и действия сексуального характера — это разные понятия. Поэтому интеллектуальные развратные действия с применением насилия и угроз не могут образовывать состава преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ. Правильнее было бы в ст. 135 УК РФ формулировку «без применения насилия» заменить словами «при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных в ст. ст. 131 и 132 настоящего Кодекса[132].

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что если развратные действия могут быть контактными и бесконтактными, то иные сексуальные действия, входящие в объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ, могут быть только контактными. Следовательно, интеллектуальные развратные действия, даже если они совершены с применением насилия или использованием беспомощного состояния потерпевшего, не могут быть квалифицированы по ст. 132 УК РФ. В настоящее время российский уголовный закон не предусматривает ответственность за интеллектуальные развратные действия в отношении лиц, не достигших 16-летнего возраста, с применением насилия или угрозы его применения. Содеянное следует квалифицировать по ст. 135 УК РФ и соответствующей статье гл. 16 УК РФ, предусматривающей ответственность за преступления против здоровья и телесной неприкосновенности.

В уголовном законе отсутствует норма, устанавливающая ответственность за интеллектуальные развратные действия без применения насилия в отношении лиц до 12 лет. Для устранения имеющегося пробела необходимы действия и законодателя, и высшей судебной инстанции. В ч. 1 ст. 135 УК РФ следует закрепить два вида развратных действий: контактные и бесконтактные, а в качестве квалифицирующего признака бесконтактных развратных действий предусмотреть совершение их с применением насилия, угроз его применения либо использованием беспомощного состояния потерпевшего как в отношении лиц с 12 до 16 лет, так и в отношении лиц, не достигших 12 лет. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. N 16 необходимо дать определение понятия контактных и бесконтактных развратных действий, а также указать на недопустимость отнесения к иным сексуальным действиям интеллектуальных бесконтактных сексуальных действий[133].

Проблемы квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности в судебной практике России

В настоящее время при реализации уголовно-правовых норм по преступлениям против половой неприкосновенности и половой свободы личности в России существует множество проблем. В судебной практике по данной категории дел, зачастую, встречаются проблемы переквалификации, а также проблемы определения тех или иных признаков при квалификации преступлений.

Согласно материалам обзора судебной практики Челябинского областного суда К. обвинялся в нанесении гражданке В. побоев (ч. 1 ст. 116 УК РФ) и в применении к той же потерпевшей насильственных действий сексуального характера по п. «б» ч. 2 ст. 132 УК РФ, выразившихся в том, что К. с силой не менее двух раз ввел во влагалище В. пустую стеклянную бутылку, что повлекло за собой причинение последней легкого вреда здоровью.

Однако приговором Правобережного районного суда города Магнитогорска от 04.06.2012 действия К. были переквалифицированы на умышленное причинение легкого вреда здоровью, так как органы предварительного следствия не представили доказательств, свидетельствующих о наличии у К. цели удовлетворения своей половой потребности.

Суд второй инстанции отменил приговор, указав, что мотив в данном случае может быть не только стремлением виновного лица к удовлетворению своей половой потребности, но и выражаться другими побуждения — месть, желание опозорить женщину и другие[134].

В другой судебной практике действия С. органами предварительного расследования были квалифицированы как покушение на изнасилование. Суд переквалифицировал содеянное виновным на п. «а» ч. 2 ст. 116 УК РФ, указав, что примененное к потерпевшей насилие не было направлено на изнасилование потерпевшей, а было совершено из хулиганских побуждений. Данный приговор в кассационном порядке не был обжалован[135].

В другом случае приговором Люберецкого городского суда Э. был осужден по совокупности преступлений за изнасилование и насильственные действия сексуального характера (схватил потерпевшую за грудь в целях удовлетворения сексуальных потребностей, после чего совершил с ней насильственный половой акт в естественной форме). Вышестоящая инстанция указала, что описанные в обвинении действия Э. в отношении потерпевшей С. не носят самостоятельного характера, вменены судом, как и органом следствия, излишне, поскольку не могут рассматриваться отдельно от действий, направленных на изнасилование потерпевшей С., совершенных в том же месте и в то же время[136].

Согласно материалам Апелляционного определения Московского городского суда от 18.03.2020 по делу N 10-688/2020[137] Г. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 131 УК РФ, однако постановлением о квалификации от 17 июня 2019 г. действия осужденного были переквалифицированы с п. «б» ч. 2 ст. 131 УК РФ на ч. 1 ст. 133 УК РФ, по которой уголовной дело прекращено в связи с истечением сроков давности.

В то же время, по мнению автора жалобы, согласиться с квалификацией действий по ч. 1 ст. 133 УК РФ нельзя, исходя из анализа показаний осужденного в ходе следствия и суда, а также исходя из выводов заключения судмедэкспертизы, на которые защитник ссылается в жалобе и которым дает свою критическую оценку в совокупности с анализом установленных экспертизой телесных повреждений потерпевшей, приходя к выводу о том, что исследованные в ходе суда первой инстанции обстоятельства подтверждают, что помимо убийства, Г. совершил преступление, предусмотренное ст. 131 УК РФ, его действия были насильственными, половой акт совершен не добровольно и с использованием насилия. К сожалению, кассационная инстанция указала только, что при вынесении решения судом были учтены размер причиненного ущерба, конкретные обстоятельства дела, причинение потерпевшей нравственных страдания, вызванных совершением преступления, соблюдены требования разумности, справедливости и соразмерности при определении размера компенсации морального вреда.

Существуют и проблемы определения особой жестокости при совершении половых преступлений. Тыдыкова Н.В. указывает, что одним из вариантов проявления особой жестокости при совершении насильственных половых преступлений может быть воздействие огнем или высокими температурами на тело потерпевших. Анализ правоприменительной практики показывает, что единый подход к оценке таких случаев отсутствует. Так, А. пытался совершить половой акт, Ш. держал потерпевшую за руки, дважды прижигал потерпевшей кожу сигаретой на спине и на лбу, угрожал сбросить ее в воду, а К. зажимала ей рот рукой. Действия Ш. были квалифицированы как изнасилование с особой жестокостью по отношению к потерпевшей. По другому делу Д. после совершения в отношении потерпевшей насильственных действий сексуального характера потребовал от последней раздвинуть ноги, поднес зажигалку с открытым пламенем к ней, после чего изнасиловал ее. В результате действий Д. потерпевшей был причинен ожог второй степени. Органами предварительного следствия Д. не обвинялся в совершении преступления с особой жестокостью. Еще в одном случае после совершения Х. мужеложства в отношении потерпевшего Г. и Х. поочередно прислонили к задней поверхности грудной клетки потерпевшего тлеющий табак сигареты, далее мужеложство в отношении потерпевшего совершил Г. Исключая из обвинения подсудимых признак особой жестокости, суд указал, что Г. и Х. прижигали спину потерпевшему тлеющей сигаретой, избирая такой способ применения к нему насилия с целью подавления его воли к сопротивлению, но их умысел не был направлен на то, чтобы доставить ему особые страдания[138].

Сложности в квалификации вызывают также случаи, когда угроза насилием имела неопределенный характер. Например, если выражалось в высказывании: «Молчи, а то хуже будет».

В судебной практике возникают вопросы и по квалификации в случаях, когда, например, виновный в течение продолжительного времени неоднократно совершал насильственные действия сексуального характера в отношении потерпевшего лица.

В данном случае действия возможно квалифицировать по совокупности преступлений или же содеянное может быть признано продолжаемым преступлением.

Так по приговору суда К. осужден за каждое из трех преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК (совершенных в 2011 году и в  2013 году). В апелляционной жалобе осужденный К. и его адвокат, полагая, что все действия сексуального характера, совершенные в отношении потерпевшей, являются единым продолжаемым преступлением, просили о квалификации содеянного по одной статье (п. «б» ч. 4 ст. 132 УК).

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила жалобу без удовлетворения, указав, что с 2011 по 2013 год К. в отношении потерпевшей С. никаких противоправных действий не совершал. При таких обстоятельствах полагать, что все преступные действия К. тождественны, нельзя, поскольку между преступными деяниями есть значительные временные интервалы, свидетельствующие о том, что каждый раз у осужденного умысел на совершение действий сексуального характера возникал заново[139].

В другом случае в 2013 г. органом расследования действия Б. по 6 преступлениям были квалифицированы по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК как действия сексуального характера с применением насилия и угрозой его применения к потерпевшим и использованием их беспомощного состояния, совершенные в отношении лиц, не достигших четырнадцатилетнего возраста, а по 2 преступлениям — по ч. 3 ст. 135 УК. Суд пришел к выводу, что противоправные действия Б. по отношению к своим детям складывались из нескольких тождественных действий, направленных к общей цели, охватывались единым временным промежутком (с 1 января 2010 г. по 2 июля 2011 г.) и в своей совокупности составляли одно продолжаемое преступление. По приговору Владимирского областного суда от 3 декабря 2014 г. Б. осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК и ч. 3 ст. 135 УК. Апелляционной инстанцией приговор оставлен без изменения. Другим примером является приговор Камчатского краевого суда от 10 декабря 2014 г, которым А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 134 УК. Орган предварительного следствия его действия квалифицировал по 17 эпизодам преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 131 УК, однако суд переквалифицировал действия А. на единое продолжаемое преступление, поскольку «юридически однородные, тождественные действия виновного были охвачены единым умыслом и целью и направлены на единый объект»[140].

При этом как указывает Гузеева О.С. аналогичная позиция изложена в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. N 1 «О судебной практике по делам об убийстве. Постановление пленума разъясняет, что убийство двух или более лиц, совершенное одновременно или в разное время, не образует совокупности преступлений и подлежит квалификации по пункту «а» ч. 2 ст. 105 УК при условии, что ни за одно из этих убийств виновный ранее не был осужден.

Кроме того, нередко допускается необоснованное вменение совокупности преступлений, в то время как квалификация одного действия полностью охватывается квалификацией другого преступления. Например, по уголовному делу в отношении В., обвинявшегося в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 135 УК, четырех преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 135 УК, шести преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК, одного — п. «а» ч. 3 ст. 132 УК. В последующем из обвинения исключены излишне вмененные два преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 135 УК, и одно — ч. 3 ст. 135 УК, поскольку начатые фигурантом развратные действия закончились совершением насильственных действий сексуального характера. В связи с этим преступления, предусмотренные ст. 135 УК, полностью охватывались составом преступления, предусмотренного ст. 132 УК[141].

Следует также отметить, что понятие развратных действий в законе не раскрывается, поэтому в научных источниках отмечаются проблемы, связанные с квалификацией этого преступления. Так в практической деятельности неоднозначен решен вопрос об отнесении интеллектуальных развратных действий к категории иных действий сексуального характера.

Тыдыкова Н.В. указывает, что такой подход вызывает широкий общественный резонанс, о чем, в частности, свидетельствуют имевшие место множественные факты обращений в Конституционный Суд РФ по вопросу нарушения конституционных прав такого рода практикой. Заявители указывают, что неопределенность понятия иные действия сексуального характера допускает применение уголовного закона по аналогии к действиям, являющимся по своему содержанию развратными[142].

Жалобы по поводу указанной проблемы были рассмотрены в Определении Конституционного Суда РФ от 23.07.2020 N 1917-О[143], Определении Конституционного Суда РФ от 23.07.2020 N 1882-О[144], Определении Конституционного Суда РФ от 30.06.2020 N 1413-О[145], Определении Конституционного Суда РФ от 30.06.2020 N 1386-О[146] и других.

Представители науки уголовного права по-разному оценивают сложившуюся ситуацию. Одни авторы дают положительную оценку квалификации по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ интеллектуальных развратных действия в отношении лиц, не достигших двенадцатилетнего возраста. Другими исследователями высказывается критика и отмечается, что квалификация развратных действий по ст. 132 УК РФ нарушает принцип запрета применения закона по аналогии, так как такие действия не относятся к объективной стороне этого состава

Отмечается, что степень осознания в зависимости от возраста разная. Так, 2-летний вряд ли осознает разницу между демонстрацией ему половых органов и демонстрацией руки, ноги или глаза. В случае же с детьми старшего возраста все не так однозначно. Например, 11-летний может не в полной мере осознавать смысл демонстрации ему полового органа или видеоизображений интимных сцен, однако может понимать общий контекст происходящего как запретный или даже постыдный, ощущать себя причастным к чему-то неприличному и чувствовать свою вину в этом, в результате чего вред нормальному нравственному и половому воспитанию будет нанесен[147].

Кондрашова Т.В. в данном случае указывает, что подобное примечание нарушает принцип законности, поскольку делает необходимым для правоприменителя в случае совершения виновным бесконтактных развратных действий в отношении лиц, не достигших 12-летнего возраста, использовать применение закона по аналогии.

Исследователи в большинстве считают, что развратные действия и действия сексуального характера — это разные понятия. Поэтому интеллектуальные развратные действия с применением насилия и угроз не могут образовывать состава преступления[148].

В настоящее время также существует проблема квалификации понуждения к совершению действий сексуального характера. Кокорева В. отметила, что для привлечения к ответственности в данном случае необходимо явно выраженная угроза от руководителя. Например, согласно материалам приговора Судебного участка N 50 Ванинского района Хабаровского края от 24.05.2011 по делу N 1-7/2011[149] генеральный директор общества с ограниченной ответственностью «ZZZ» признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 133 Уголовного кодекса РФ. Так руководитель общества неоднократно под угрозой увольнения принуждал диспетчера общества вступать с ним в половое сношение. В качестве доказательств был предоставлен диск с записью разговора руководителя и сотрудницы. Однако в большинстве случаев доказать подобные действия затруднительно.

Согласно материалам Ленинского районного суда г. Кирова Кировской области, решением от 27.06.2012 по делу N 2-2559/12 работник состоял в должности охранника, в отношении одной из сотрудниц допускал неприличное поведение, оскорбления, намеки различного характера, сексуальные домогательства. Работница обратилась к работодателю с жалобой о том, что она и остальные сотрудники отказываются работать с истцом. После работодатель вынес приказ об отстранении охранника от работы. При этом органы полиции не усмотрели в действиях истца признаков состава преступления по ст. 133 Уголовного кодекса РФ, соответственно, в возбуждении уголовного дела было отказано[150].

Чакински А. отмечает аналогичные проблемы, указывая, что в большинстве случаев полиция указывает на отсутствие факта понуждения и, соответственно, отсутствия доказательств[151].

Попов А.Н. также отмечает, что если виновный пообещал какую-либо награду подчиненному, например, незаконно представить его к очередному воинскому званию, то в этом случае использования зависимости нет, поэтому имеет место ненаказуемое соблазнение подчиненного[152].

В практической деятельности, зачастую, возникают и иные проблемы, например, ложного обвинения в совершении половых преступлений.

Согласно материалам Апелляционного определения Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 21.04.2020 по делу N 66-717/2020[153], как указывает осужденный, М. совершила заведомо ложный донос следователю о совершении в отношении нее противоправных действий П., обвинив его в совершении особо тяжкого преступления. В отношении П. было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ, однако впоследствии действия П. были переквалифицированы с ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ на ч. 1 ст. 135 УК РФ.

Согласно материалам Апелляционного определения Московского городского суда от 02.12.2016 по делу N 33-49117/2016[154] в отношении иностранного гражданина -А. было возбуждено уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. п. «б, в, г» ч. 2 ст. 131 УК РФ.

В ноябре 2008 года истец был задержан на территории Франции, где он служил в иностранном легионе, и заключен под стражу с последующей экстрадицией 15 января 2010 года на территорию Российской Федерации. Постановлением Уссурийского городского суда Приморского края уголовное дело в отношении А. прекращено, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

А. узнал, что в январе 2010 года редакцией ЗАО «Аргументы и факты» распространены недостоверные сведения о нем, порочащие его честь, достоинство и доброе имя, т.к. до решения суда его назвали преступником, совершившим жестокое групповое изнасилование. Поскольку А. длительное время находился под стражей на территории Российской Федерации в период с 15 января 2010 года по 01 августа 2014 года, доступа к средствам массовой информации у него не было, и он не мог знать ранее о нарушении его прав со стороны ответчика.

В данном случае А. из-за ложного обвинения был вынужден свыше 6 лет находиться в РФ.

Не менее остро проблема ложного обвинения по данной категории дел возникает в результате развода, когда матери с целью мести обвиняют бывших мужей в совершении половых преступлений по отношению к несовершеннолетним, при этом, подговаривая несовершеннолетних к даче показаний против бывших мужей.

Согласно материалам Апелляционного определения Московского областного суда от 29.08.2018 по делу N 33-26123/2018[155] К.В. обратился в Дубненский городской суд с иском к П.О.С., в котором просил обязать ответчика определить порядок общения с дочерью — П.Е. Требования мотивированы тем, что состоял с ответчицей в зарегистрированном браке. С октября 2016 г. стороны прекратили проживать совместно, а брак между истцом и ответчиком был расторгнут. При этом в материалах судебного решения содержатся следующие сведения: Постановлением старшего следователя СО в возбуждении уголовного дела по факту совершения К.В. насильственных действий сексуального характера в отношении малолетней П.Е. по основанию п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ — за отсутствием в действиях К.В. признаков преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ — отказано.

Из текста постановления следует, что оснований для возбуждения уголовного дела не имеется, поскольку отсутствуют признаки состава преступления за отсутствием достаточных данных, свидетельствующих о совершении преступления в отношении малолетней П.Е.

В научных источниках решение проблемы ложного обвинения в совершении преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности видится в необходимости проведения более эффективной деятельности государственных обвинителей. Кисленко С.Л. указывает, что при изучении исходной доказательственной модели государственному обвинителю рекомендуется также заранее побеседовать со следователем, который поможет прокурору устранить отдельные сомнения, возникшие у него в процессе изучения данных, характеризующих обвиняемого.

Так, обобщение правоохранительной практики по половым преступлениям позволяет сделать вывод о том, что с актами воздействия на потерпевших со стороны преступников (их родственников, друзей) приходится сталкиваться как в процессе досудебного производства, так и в рамках судебного разбирательства по уголовному делу. Зачастую потерпевших склоняют к даче ложных показаний путем предложения материальных благ, угроз в их адрес.

Поэтому Кисленко С.Л. настоятельно рекомендует государственным обвинителям по данной категории дел заранее обсудить со следователем особенности личности как самого обвиняемого, так и потерпевшего с целью принятия превентивных мер по нейтрализации указанных отрицательных факторов. Получение государственным обвинителем от следователя подробной оценки личностных особенностей подсудимого позволит государственному обвинителю скорректировать отдельные структурные составляющие разработанного (прогнозируемого) им сценария развития криминалистической ситуации в суде[156].

Чурилов Ю. указывает, что следующие обстоятельства могут свидетельствовать об оговоре:

1. Характеристика личности потерпевшей и подозреваемого;

2. Противоречивость и неконкретность показаний потерпевшей;

3. Отсутствие следов борьбы, орудий преступления на месте происшествия;

4. Отсутствие следов контакта на теле и одежде потерпевшей и подозреваемого;

5. Отсутствие следов насилия на теле потерпевшей и следов сопротивления подозреваемого;

6. Отсутствие очевидцев преступления[157].

В связи с этим, не менее значима и проблема примирения лиц по указанной категории дел.

В настоящее время ч. 1 ст. 131 УК РФ и ч. 1 ст. 132 УК РФ являются тяжкими преступлениями и действие ст. 25 УПК РФ на них не распространяется. Однако в правоприменении встречаются случаи, когда после возбуждения уголовного дела от потерпевшего поступает заявление, в котором указанное лицо просит следователя или суд прекратить уголовное дело, сообщая, что с обидчиком примирился, прощает его и никаких претензий к нему не имеет.

С целью вывести обидчика из-под уголовной ответственности потерпевшие отказываются участвовать в следственных действиях или экспертных исследованиях; меняют свои показания, смещая акценты, т.е., не отрицая фактических обстоятельств произошедшего, дают им иную оценку. Встречаются и более неразумные поступки, например, потерпевшая по делу о простом неквалифицированном изнасиловании фактически примирилась с обвиняемым, а затем дала заведомо ложные показания. Она стала отрицать факт совершения в отношении нее данного преступления. Наличие сильной доказательственной базы позволило не только осудить насильника, но и привлечь потерпевшую к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Как указывает Артамонова Е.А. возможность возникновения подобных ситуаций в правоприменительной практике не способствует решению задач, стоящих перед уголовным судопроизводством. Интересы личности не учитываются должным образом. Действующее ныне положение закона о том, что институт примирения (ст. 25 УПК РФ) не может применяться по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УК РФ, не учитывает всех потребностей практики[158].

Билалов Р.К., анализируя изменения законодательства, отметил, что формулировка ст. 134 УК РФ, позволяющая лицу, которое впервые совершило преступление, быть освобожденным судом от наказания в связи со вступлением в брак с потерпевшим, будет способствовать увеличению числа заявлений о прекращении уголовного дела по ст. 134 УК — в связи с заключением брака. По мнению указанного исследователя, можно будет договориться с потерпевшей, ее родителями, формально заключить брак, а после прекращения уголовного дела благополучно разойтись, так как Закон не предусматривает возможности отмены решения о прекращении уголовного дела в случае последующего развода[159].

Билалов Р.К. также указывает, что подобная практика имела место и раньше, причем не только по делам о преступлении, предусмотренном ст. 134 УК. Факты заключения брака между обвиняемым (подозреваемым) и потерпевшей были даже по делам об изнасиловании, в частности, потерпевшая изменяла показания в пользу обвиняемого с условием заключения брака, уголовное дело прекращалось из-за недостатка доказательств, стороны вступали в брак. При этом браки такого рода счастливыми, вероятно, просто не могут быть так как, во-первых, брак стал последствием преступления, в его основе лежит преступное действие, а, во-вторых, брак вынужденный, не добровольный, не желанный, то есть в ситуации, когда над человеком «висит меч» в виде угрозы уголовной ответственности и ему предлагают заключить брак с потерпевшей, он, скорее всего, согласится.

Решение указанной проблемы Билалов Р.К. видит в прекращении дела за примирением сторон[160].

Артамонова Е.А. при этом также указывает, что примирительное производство в случаях обвинения в совершении рассматриваемых преступлений не является чем-то экстраординарным и допускается в ряде зарубежных стран. В России в настоящее время существует единственный способ прекращения уголовного дела по таким преступлениям за примирением сторон — через применение правила ч. 6 ст. 15 УК РФ. Например, при рассмотрении уголовного дела в отношении Ж., обвиняемого по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 131 УК РФ, от потерпевшей поступило собственноручно написанное ею ходатайство об изменении категории преступления на более мягкую. Суд прислушался к мнению потерпевшей и изменил категорию совершенного Ж. преступления на более мягкую[161].

Артамонова Е.А. также указала, что за то, чтобы разрешить применение ст. 25 УПК РФ при совершении деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УК РФ, высказались 33% опрошенных в различных вариантах достижения желаемого результата. Из них 38% указали на необходимость перевести эти деяния в категорию преступлений средней тяжести, 41% посчитали нужным причислить их к преступлениям, преследуемым в порядке частного обвинения, оставшиеся (21%) признали наилучшим вариантом решения данной проблемы применение ч. 6 ст. 15 УК РФ[162].

Следует заметить, что в этом аспекте существует и проблема определения брачного возраста.

Брачный возраст в РФ устанавливается в 18 лет и совпадает с наступлением полной дееспособности гражданина (п. 1 ст. 13 СК РФ; п. 1 ст. 21 ГК РФ). Однако из этого общего правила имеются исключения. В некоторых случаях можно заключить брак до наступления совершеннолетия.

Семейное законодательство РФ предусматривает возможность снижения брачного возраста на два года, то есть до 16 лет. При этом закон относит решение вопроса о снижении брачного возраста к компетенции органов местного самоуправления. Перечень таких причин законодательством не предусмотрен, однако, как правило, к ним относят беременность, рождение ребенка, фактически сложившиеся брачные отношения с гражданином, не достигшим брачного возраста, и др.

В соответствии с законодательством субъектов РФ, например, ст. 2 Закона Московской области от 30.04.2008 N 61/2008-ОЗ к таким обстоятельствам могут относиться беременность, рождение общего ребенка (детей) у граждан, желающих вступить в брак, непосредственная угроза жизни одной из сторон.

На сегодняшний день двадцать пять субъектов РФ позволяют вступать в брак до достижения 16-летнего возраста. Специальные законы приняты в Московской области, Республике Адыгея, Кабардино-Балкарской Республике, Карачаево-Черкесской Республике, Белгородской, Вологодской, Калужской, Магаданской, Мурманской, Нижегородской, Новгородской, Орловской, Ростовской, Рязанской, Самарской, Сахалинской, Тамбовской, Тверской, Тюменской, Челябинской областях, Еврейской автономной области, Ханты-Мансийском и Чукотском автономных округах, а также в Семейном кодексе Республики Башкортостан и Республики Татарстан имеются отдельные статьи, посвященные снижению брачного возраста ниже 16-летнего рубежа. При этом претенденты на статус супругов должны иметь место жительства в названных субъектах РФ[163].

При этом нигде в региональном законодательстве нет такого особого обстоятельства, как вступление в брак в связи с совершением преступления, предусмотренного ст. 134 УК[164].

Подводя итог, отметим, что в настоящее время существует множество проблем по доказательству и квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы. Они связаны как с проблемами юридической техники, так и с иными правовыми пробелами, для решения которых требуется совершенствование уголовного законодательства.

К вопросу о проблемных аспектах квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности несовершеннолетних: пути решения выявленных проблем

Выявленные проблемы правового регулирования, а также проблемы квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности предопределяют необходимость совершенствования уголовного законодательства.

По нашему мнению, некоторые проблемы правового регулирования и квалификации связаны с тем, что в законодательстве отсутствует разграничение между преступлениями против половой свободы и против половой неприкосновенности. Происходит слияние терминологии, применение уголовного законодательства по аналогии, что не допустимо в уголовном праве.

По нашему мнению, во-первых, необходима глава 18.1 УК РФ, которая регулировала бы преступления против половой неприкосновенности и глава 18.2, которая регулировала бы преступления против половой свободы.

Так, например, глава 18.1 УК РФ (преступления против половой неприкосновенности) должна содержать следующие составы преступлений:

1) статья 131.1 – половое сношение с лицом, обладающим половой неприкосновенностью;

2) статья 131.2 — действия сексуального характера с лицом, обладающим половой неприкосновенностью;

3) статья 131.3 – бесконтактные действия сексуального характера с лицом, обладающим половой неприкосновенностью.

Глава 18.2 УК РФ (преступления против половой свободы)

1) ст. 132.1 – изнасилование;

2) ст. 132.2 — насильственные действия сексуального характера;

3) ст. 132.3 — понуждение к действиям сексуального характера.

Половое сношение с лицом, обладающим половой неприкосновенностью должно быть дифференцировано в зависимости от возраста, так как чем ниже возраст жертвы, тем слабее осознание происходящего деяния у жертвы. При этом совершение изнасилования несовершеннолетних или применение насилия к ним должно быть особо квалифицированным преступлением независимо от возраста потерпевшего лица, так как в данном случае очевидно, что будет нанесен вред здоровью потерпевшего, в том и числе психическому здоровью жертвы.

Следует отметить, что в данном следует квалифицровать деяния, во-первых, по статье УК РФ, связанной с половым сношением, а, во-вторых, по статье УК РФ, связанной с преступлениями против жизни и здоровья. Представляется, что нет необходимости перечислять все статьи Особенной части УК РФ в одном составе полового сношения в качестве квалифицирующих признаков. Это, во-первых, затрудняет восприятие, а, во-вторых, вызывает те или иные проблемы.

Кроме того, нет необходимости перечислять в данном случае и все способы совершения преступления, которые установлены в Общей части УК РФ. Тем не менее следует перечислить в качестве особо квалифицированного преступление те признаки, которые чаще всего выявляются в результате практической деятельности, а также при возникновении которых возникают проблемы, в частности, наличие временного интервала между преступлениями.

При конструировании указанных составов было также учтено, что половое сношение опаснее действий сексуального характера, так как затрагивает репродуктивную функцию у женщин. При этом бесконтактные действия сексуального характера не наносят такого вреда, который наносится контактными формами действий сексуального характера. Подобное правовое регулирование необходимо из-за их широкого распространения, в частности, в сети Интернет.

Предложим авторское видение главы 18.1 УК РФ.

Статья 131.1. Половое сношение с лицом, обладающим половой неприкосновенностью

1. Половое сношение с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, —

наказывается лишением свободы на срок от двух до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до десяти лет.

2. Половое сношение с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста, —

наказываются лишением свободы на срок от двух до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пятнадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

3. Половое сношение с лицом, не достигшим двенадцатилетнего возраста, а равно половое сношение с лицом, страдающим заболеванием, исключающим вменяемость, —

наказываются лишением свободы на срок от пяти до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет либо без такового.

4. Деяние, предусмотренное частями первой, второй или третьей настоящей статьи:

а) с применением насилия или с угрозой его применения;

б) совершенное в отношении двух и более лиц;

в) совершенное два и более раза в разные дни;

г) совершенное с особой жесткостью, —

наказываются лишением свободы на срок от двенадцати до двадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет либо пожизненным лишением свободы.

Статья 131.2. Действия сексуального характера с лицом, обладающим половой неприкосновенностью

1. Действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, —

наказывается лишением свободы на срок до трех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до десяти лет.

2. Действия сексуального характера с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста, —

наказывается лишением свободы на срок до шести лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до десяти лет.

3. Действия сексуального характера с лицом, не достигшим двенадцатилетнего возраста, а равно с лицом, страдающим заболеванием, исключающим вменяемость, —

наказывается лишением свободы на срок от четырех до восьми лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пятнадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

4. Деяние, предусмотренное частями первой, второй или третьей настоящей статьи:

а) с применением насилия или с угрозой его применения;

б) совершенное в отношении двух и более лиц;

в) совершенное два и более раза в разные дни;

г) совершенное с особой жесткостью, —

наказываются лишением свободы на срок от десяти до пятнадцати лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

Примечание: под действиями сексуального характера в настоящей статье, а также в других статьях настоящего Кодекса понимаются действия, направленные на побуждение интереса к сексуальным отношениям (в том числе, мужеложство, лесбиянство, иные контактные действия сексуального характера).

Статья 131.3. Бесконтактные действия сексуального характера с лицом, обладающим половой неприкосновенностью.

1. Действия сексуального характера, при которых непосредственный физический контакт с телом потерпевшего лица отсутствовал, совершенные в отношении лица, не достигшего шестнадцатилетнего возраста, —

наказывается лишением свободы на срок от двух до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пятнадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

2. То же деяние:

а) совершенное в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста

б) совершенное в отношении двух

в) совершенное два и более раза в разные дни, —

наказываются лишением свободы на срок от четырех до восьми лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до двадцати лет или без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

Примечание: под бесконтактными действиями сексуального характера в настоящей статье настоящего Кодекса понимаются действия сексуального характера, при которых непосредственный физический контакт с телом потерпевшего лица отсутствовал, включая действия, совершенные с использованием сети Интернет, иных информационно-телекоммуникационных сетей.

В дальнейшем предложим авторское видение главы 18.2 УК РФ.

Статья 132.1 Изнасилование

1. Изнасилование, то есть половое сношение вопреки воли потерпевшей с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей, —

наказывается лишением свободы на срок от четырех до семи лет.

2. То же деяние:

а) совершенное в отношении двух и более лиц;

б) совершенное два или более раза в разные дни;

в) совершенное с особой жестокостью, —

наказываются лишением свободы на срок от пяти до тринадцати лет с ограничением свободы на срок до трех лет либо без такового.

Статья 132.2. Насильственные действия сексуального характера

1. Мужеложство, лесбиянство или иные действия сексуального характера вопреки воли потерпевшего (потерпевшей) с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему (потерпевшей) или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего (потерпевшей) —

наказываются лишением свободы на срок до шести лет.

2. То же деяние:

а) совершенное в отношении двух и более лиц;

б) совершенное два или более раза в разные дни;

в) совершенное с особой жестокостью, —

наказываются лишением свободы на срок от четырех до десяти лет с ограничением свободы на срок до трех лет либо без такового.

Статья 132.3. Понуждение к действиям сексуального характера.

1. Понуждение к совершению полового сношения, мужеложства, лесбиянства или совершения иных действий сексуального характера, —

наказывается штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до одного года, либо лишением свободы на тот же срок.

Примечание: под понуждением в настоящей статье настоящего Кодекса понимается воздействие на потерпевшее лицо путем шантажа, угрозой, уничтожением, повреждением или изъятием имущества либо использование материальной или иной зависимости потерпевшего лица, а также путем обещания награды.

Подводя итог, отметим, что, по нашему мнению, правовое регулирование преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности в таком аспекте позволит устранить существующие проблемы квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, решить множество проблем, в частности, проблем доказательств тех или иных обстоятельств дела, соотношения норм УК РФ. В авторской редакции глав 18.1 и 18.2 УК РФ были также исключены различные оценочные категории, которые, во-первых, правоприменителям тяжело инкриминировать в отношении преступников, а, во-вторых, которые не изменяют особенностей совершения преступления.

По нашему мнению, также необходима соответствующая корректировка иных статей Уголовного кодекса РФ, например, ст.20, устанавливающая возраст, с которого наступает уголовная ответственность, так как следует учитывать, что изнасилования совершаются школьниками даже 13-летнего возраста. В этой связи также необходимо совершенствование применения иных мер уголовно-правового воздействия, совершенствование применения мер медицинского характера и иных институтов уголовного права.

Заключение

В настоящей работе была рассмотрена уголовно-правовая характеристика преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Кроме того, была проанализирована реализация уголовно-правовых норм в области преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности в Российской Федерации, причины совершения указанных преступлений, а также выявлены проблемы законодательной регламентации и квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. На основании выявленных проблем была предложена необходимость совершенствования правового регулирования главы 18 УК РФ за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности путем выделения из неё глав 18.1 и 18.2 УК РФ,

Обобщая теоретический материал, следует отметить:

1) в настоящее время общепринято под половой свободой в науке уголовного права понимать право человека самостоятельно решать, с кем и как удовлетворить сексуальные желания, а под половой неприкосновенностью — право малолетних, несовершеннолетних и психически больных лиц не подвергаться вовлечению в половые отношения;

2) законодательство по защите половой свободы и неприкосновенности женщин формировалось в течение длительного времени. В первоначальных источниках права – изнасилование рассматривалось как преступление против собственности и чести, но не как преступление против женщины. В советский период произошло обобщение преступлений против половой свободы и неприкосновенности, были выработаны квалифицирующие признаки;

3) в международном праве защита половой неприкосновенности началась с середины 20 века, а защита половой свободы с конца 20 века;

4) проблемы правового регулирования преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности в зарубежных странах стоят не менее остро, чем в России, так как, зачастую, либо преступники избегают ответственности, либо заявителями формируются ложные обвинения в совершении указанных преступлений.

Анализируя поведение преступников, а также черты поведения жертв, было установлено:

1) совершение преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы кроется в личности преступника, его личностно-психологических, а также социальных характеристиках;

2) решение совершить половое преступление, независимо от поведения потерпевших лиц, принимается исключительно преступником, поэтому, по мнению исследователей, независимо от поведения жертвы нельзя говорить о её вине;

3) мотивы преступников меняются в зависимости от возраста насильника: чем выше возраст, тем ярче выражен мотив удовлетворения сексуальных потребностей, однако основным мотивом является самоутверждение;

4) поведение жертвы изнасилования может быть положительной (препятствующей совершению изнасилования), нейтральной и провоцирующей (наличие некоторой сексуальной игры со стороны жертвы с отсутствием предвидения ней возможных последствий такого поведения);

5) иногда жертвы не оказывают сопротивления как через осознание реальности угроз преступника в случае противостояния, так и в результате «паралича жертвы», который возникает у лица в случае психологической неготовности к нападению;

При этом специалисты указывают, что повышение нравственности в обществе позволит снизить количество преступлений против половой неприкосновенности.

В настоящее время отмечаются следующие проблемы правового регулирования и применения разъяснений Верховного суда в конкретных делах:

1) несмотря на законодательное исключение признака заведомости относительно возраста, Верховный суд указывает, что квалификация возможна лишь в случаях, когда виновный знал или допускал, что потерпевшим является лицо, не достигшее восемнадцати лет или иного возраста;

2) Верховный суд, с одной стороны, указывает на то, что объективная сторона преступлений предусматривает применение насилия или угрозы и к иным лицам, а, с другой стороны, требует дополнительной квалификации по иным статьям Особенной части УК РФ;

3) отсутствуют пояснения момента окончания иных действий сексуального характера;

4) существует противоположная судебная практика, когда виновный в течение продолжительного времени неоднократно совершал насильственные действия сексуального характера в отношении потерпевшего лица. По одним делам это признается продолжаемым преступлением, а по другим – нет;

5) существует противоречивая судебная практика при определении признака особой жестокости;

6) у правоприменителей возникает проблема невозможности разграничить иные действия сексуального характера и развратные действия;

7) в практической деятельности правоприменители не всегда могут доказать мотив удовлетворения сексуальных потребностей, поэтому, зачастую, квалифицируют деяния в качестве преступлений против здоровья;

8) отмечаются проблемы осознания жертвами действий в зависимости от возраста;

9) у правоприменителей возникают сложности доказывания понуждения к совершению действий сексуального характера;

10) наличие в практике заведомо ложных обвинений, в том числе, с подстрекательством детей с целью мести бывшим супругам;

11) институт примирения не учитывает всех потребностей практики.

Для решения части выявленных проблем, связанных с проблемами квалификации, было предложено пересмотреть перечень преступлений в главе 18 УК РФ, разграничив их на преступления против половой неприкосновенности и преступления против половой свободы.

Было также предложено исключить состав преступления за развратные действия, так как эти действия будут охватываться понятием действий сексуального характера и бесконтактными действиями сексуального характера. Кроме того, были предложены и иные изменения признаков преступлений против половой свободы и неприкосновенности.

Для решения иных проблем необходимо совершенствование уголовно-правовой политики, систематизация уголовного, уголовно-процессуального и иного законодательства РФ. Предполагается, что решение указанных проблем позволит реализовать принцип справедливости, а также снизит уровень рецидивов за совершение преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, обеспечит единообразную реализацию уголовно-правовых норм.

---

[1] Колесников Р.В. Преступления против половой свободы и половой неприкосновенности в истории уголовного права России // Современное общество глазами специалистов Сборник научных трудов. Воронеж, 2019. С. 58-60.

[2] Цыганова Л.О. История становления ответственности за преступления против половой свободы и половой неприкосновенности в российском законодательстве // Молодой ученый. 2018. № 52 (238). С. 221-224.

[3] Худякова Т.А. История развития отечественного законодательства об ответственности за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы // Сборник научных трудов по материалам VI ежегодной международной научно-практической конференции. 2016. С. 202-208.

[4] Осокин Р.Б. Теоретико-правовые основы уголовной ответственности за преступления против общественной нравственности. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук / Московский университет МВД РФ им. В.Я. Кикотя. Москва, 2014

[5] Лазовский Н. Личные отношения супругов по русскому обычному праву // Юридический Вестник. 1883. Т. 13. № 6. С. 397.

[6] Лудмер, Я. Бабьи стоны: из заметок мирового судьи // Юридический вестник. Том XVII. (9-12). 1884. С. 660.

[7] Худякова Т.А. История развития отечественного законодательства об ответственности за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы // Сборник научных трудов по материалам VI ежегодной международной научно-практической конференции. 2016. С. 202-208.

[8] Гамелько Е. В. Советское законодательство о положении женщины в 1917-1930-гг. // Молодой ученый.  2010.  №5. Т.2.  С. 97-99.  URL https://moluch.ru/archive/16/527/ (дата обращения: 10.08.2020).

[9] «Московские новости». № 8. 1990 г. [электронный ресурс]  https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/Article/dekr_obotm.php (дата обращения 01.07.2020)

[10] Осокин Р.Б. Теоретико-правовые основы уголовной ответственности за преступления против общественной нравственности. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук / Московский университет МВД РФ им. В.Я. Кикотя. Москва, 2014

[11] Маслак С.Н. История становления и развития отечественного уголовного законодательства об ответственности за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Вестник КРУ МВД России. 2010. №4.

[12] Бимбинов А.А. Развратные действия: контактные и бесконтактные формы. Уголовное право. 2015. № 2. С. 4-9.

[13] Булат И.Л. Сборник разъяснений Верховного Суда РСФСР / Под ред. И.Л. Булата. М.: Советское законодательство, 1935. С. 310.

[14] Симонов В. И. К вопросу о физическом насилии как одном из элементов основного состава преступления // Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2001. №2.

[15] Бимбинов А.А. Актуальные проблемы уголовного законодательства о ненасильственных половых преступлениях // Пробелы в российском законодательстве. 2016. № 5. С. 60-70.

[16] Цыганова, Л. О. История становления ответственности за преступления против половой свободы и половой неприкосновенности в российском законодательстве // Молодой ученый. 2018.  № 52 (238). С. 221-224.

[17] Активизация усилий в целях искоренения всех форм насилия в отношении женщин: Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 61/143 от 19.12.2006 // СПС Консультант Плюс

[18] Искоренение изнасилования и других форм сексуального насилия во всех их проявлениях, в том числе в ходе конфликтов и связанных с ними ситуациях: Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 62/134 от 18.12.2007 // СПС Консультант Плюс

[19] Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 4 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, А.В. Галахова, В.А. Давыдов и др.; отв. ред. М.: Юрайт, 2017. Т. 2: Особенная часть. Разделы VII — VIII. С. 212.

[20] Цэнгэл С.Д. Основные направления реализации уголовной политики государства в сфере половых преступлений // Актуальные проблемы уголовного закона сборник научных статей. Барнаул, 2013. С. 28-31.

[21] Муртазаева А.А. К вопросу об особенностях брачно-семейных отношений по кодексу хаммурапи // Дни науки КФУ им. В.И. Вернадского Сборник тезисов участников IV научно-практической конференции профессорско-преподавательского состава, аспирантов, студентов и молодых ученых. 2018. С. 701-702.

[22] Бочаров И. Влияние Вильгельма Завоевателя на историческое развитие Англии // Молодежь, наука, творчество — 2014 78-я научно-практическая конференция. 2014. С. 36-38.

[23] Селькин С.А. Ответственность за изнасилование и насильственные действия сексуального характера в древнем и средневековом праве // Вестник магистратуры. 2015. № 1-3 (40). С. 16-19.

[24] Бурлакова В.Н. Криминология. Курс лекций / Под ред. В.Н. Бурлакова. СПб. 1995. С. 421.

[25] в Ирландии прошли массовые протесты из-за дела об изнасиловании [Электронный ресурс] https://esquire.ru/articles/70342-kruzhevnye-trusy-ne-znak-soglasiya-v-irlandii-proshli-massovye-protesty-iz-za-dela-ob-iznasilovanii/ (дата обращения: 02.06.2020)

[26] Полиция Германии списала групповые изнасилования на национальные обычаи мигрантов [Электронный ресурс] https://www.zakon.kz/4769016-policija-germanii-spisala-gruppovye.html (дата обращения: 02.06.2020)

[27] Миротворцы ООН — насильники в голубых касках [Электронный ресурс] https://svpressa.ru/accidents/article/170556/ (дата обращения: 02.06.2020)

[28] Кунц Е. Профилактика преступности среди женщин за рубежом: закон и практика // Закон и право. 2005. № 9. С. 74-77.

[29] Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) // Собр. законодательства Рос. Федерации 2014. № 31. Ст. 4398; 2020. № 11. Ст. 1416.

[30] Карагодин В.Н. Расследование умышленных преступлений против жизни, половой свободы и неприкосновенности несовершеннолетних: монография. М.: Проспект, 2018. С. 112.

[31] Арямов А.А., Басова Т.Б., Благов Е.В. Уголовное право России. Общая и Особенная части: учебник / отв. ред. Ю.В. Грачева, А.И. Чучаев. М.: КОНТРАКТ, 2017. 384 с.

[32] Пантюхина И.В. Понятие преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности личности // Юридическая наука. 2011. №1. С. 53.

[33] Карагодин В.Н. Расследование умышленных преступлений против жизни, половой свободы и неприкосновенности несовершеннолетних: монография. М.: Проспект, 2018. С. 112.

[34] Кибальник А., Соломоненко И. Насильственные действия сексуального характера // Российская юстиция. 2001. № 8. С. 21.

[35] Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: В 4 т. / Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт, 2017. Т. 2: Особенная часть. Разд. VII — VIII.

[36] Бохан А. Вопросы квалификации изнасилований (ст. 131 УК РФ) и насильственных действий сексуального характера (ст. 132 УК РФ) // Уголовное право. 2014. N 5. С. 33.

[37] Уголовный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 13.06.1996 № 63-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954; 2020. № 38. Ст. 2955.

[38] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954; 2020. № 38. Ст. 2955.

[39] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954; 2020. № 38. Ст. 2955.

[40] Безверхов А. О некоторых вопросах квалификации насильственных преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Уголовное право. 2014. N 5. С. 18 — 24.

[41] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[42] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[43] Попов А.Н. Некоторые вопросы квалификации половых преступлений // КриминалистЪ. 2010. N 1 (6). С. 15.

[44] Иванова Л.В. Психическое отношение лица к последствиям в преступлениях против личности, совершаемых с двойной формой вины // Российский следователь. 2017. N 5. С. 31 — 33.

[45] Бриллиантов А.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Э.Н. Жевлаков и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд. М.: Проспект, 2015. Т. 1. 792 с

[46] Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: В 4 т. / Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт, 2017. Т. 2: Особенная часть. Разд. VII — VIII.

[47] Шарапов Р.Д. Насилие в уголовном праве: Понятие, квалификация, совершенствование механизма уголовно-правового предупреждения: Дисс. … докт. юрид. наук. Екатеринбург, 2006. С. 87.

[48] Сабиров Р.Д. Уголовно-правовое понятие насилия // Уголовный закон и совершенствование мер борьбы с преступностью: межвуз. сб. науч. тр. Свердловск, 1981

[49] Иващенко А.Е., Марченко А.И. Методология правового исследования насилия // Социально-правовые проблемы борьбы с насилием: межвуз. сб. науч. тр. Омск, 1996. С. 4.

[50] Скифский И.С. Объяснение и прогнозирование насильственной преступности в Российской Федерации: Дисс. … канд. юрид. наук. Тюмень, 2006. С. 20.

[51] Симонов В.И. К вопросу о понятии физического насилия: сб. аспирантских работ. Вып. 13. Свердловск, 1971; Блинников В.А., Бриллиантов А.В., Вагин О.А. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / Под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2015. С. 81.

[52] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[53] Бриллиантов А.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Э.Н. Жевлаков и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд. М.: Проспект, 2015. Т. 1. 792 с

[54] Определение Верховного Суда РФ от 23 декабря 2005 г. N 46-о05-60 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. N 1

[55] Бриллиантов А.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) / А.В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Э.Н. Жевлаков и др.; под ред. А.В. Бриллиантова. 2-е изд. М.: Проспект, 2015. Т. 1. 792 с

[56] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[57] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[58] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[59] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[60] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[61] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[62] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[63] Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: В 4 т. / Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт, 2017. Т. 2: Особенная часть. Разд. VII — VIII.

[64] Берченева М.В. Виды и способы совершения половых преступлений и их уголовно-правовое значение: к вопросу о пределах объективной стороны // Пробелы в российском законодательстве. 2017. №7.

[65] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[66] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[67] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[68] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[69] Коновалов Н.Н. Понимание зависимости как способа совершения понуждения к действиям сексуального характера // Российский следователь. 2018. N 6. С. 19 — 22.

[70] Борисова О. Вопросы квалификации понуждения к действиям сексуального характера / О. Борисова // Уголовное право. 2014. N 5. С. 27 — 29.

[71] Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: В 4 т. / Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт, 2017. Т. 2: Особенная часть. Разд. VII — VIII.

[72] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[73] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[74] Собр. законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954. 2020. № 38. Ст. 2955.

[75] Бимбинов А.А. Ненасильственные половые преступления: отграничение от смежных составов // Библиотека уголовного права и криминологии. 2016. № 3 (15). С. 7-12.

[76] Белоусова А.С. Теоретико-правовые проблемы реализации человеком права на половую свободу в современном обществе // Вестник магистратуры. 2012. № 8. С. 42-45.

[77] Бимбинов А.А. Ненасильственные половые преступления: отграничение от смежных составов // Библиотека уголовного права и криминологии. 2016. № 3 (15). С. 7-12.

[78] Кирюхин Д.А. Географическое профилирование — помощь в составлении психологического профиля преступника и поиска мест сокрытия трупов //Эксперт-криминалист. 2015. № 4. С. 6-8.

[79] Майоров А.Г., Снегова А.В. Использование метода профайлинга при расследовании серийных преступлений // Актуальные проблемы реформирования современного законодательства сборник статей Международной научно-практической конференции. 2018. С. 155-158.

[80] Майоров А.Г., Снегова А.В. Использование метода профайлинга при расследовании серийных преступлений // Актуальные проблемы реформирования современного законодательства сборник статей Международной научно-практической конференции. 2018. С. 155-158.

[81] Суздалевич А.А.Что побуждает маньяка убивать. Психологический портрет серийного насильника-убийцы // Молодой ученый. 2017. № 10 (144). С. 329-331

[82] Анненков С.И., Анненкова Т.С. Обстановка совершения преступления: процессуальные и криминалистические проблемы исследования Москва, 2013. Сер. Библиотека криминалиста

[83] Денисов Е.В., Редчиц М.А. Современная методология криминологического анализа поведения серийных сексуальных преступников // Раскрытие и расследование преступлений серийных и прошлых лет материалы международной научно-практической конференции. Под общей редакцией А.И. Бастрыкина. 2017. С. 195-198.

[84] Багмет А.М., Бычков В.В., Сажаев А.М. Расследование изнасилования и иных насильственных действий сексуального характера, совершенных в отношении несовершеннолетних и/или несовершеннолетними в составе группы. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по направлению подготовки «Юриспруденция» / Москва, 2017.

[85] Филиппова У.А., Ижнина Л.П., Обидена Л.Б. Профайлинг: портрет сексуального садиста // Следственная деятельность: проблемы, их решение, перспективы развития Материалы II Всероссийской молодёжной научно-практической конференции. Под общей редакцией А.М. Багмета. 2019. С. 256-259.

[86] Батухтина М.В., Глушкова О.В. Составление психологического портрета предполагаемого преступника в условиях неочевидности преступления // Национальная безопасность России в глобализированном мире: состояние, вызовы, риски и механизмы устойчивого развития Сборник трудов международной научной конференции: в 2 частях. Под общей редакцией В.П. Шалаева. 2015. С. 203-205.

[87] Шишков М.И. Международное сообщество в борьбе с торговлей людьми в целях сексуальной эксплуатации // Финансовый бизнес. 2015. № 6 (179). С. 67-71.

[88] Летова А.А. Домашнее насилие как социальная проблема в современной России // Студенческий вестник. 2020. № 3-2 (101). С. 19-21.

[89] Малеваник А.А., Нагорянская С.Ю. Торговля людьми как актуальная проблема в современном мире // Colloquium-journal. 2020. № 7-7 (59). С. 26-28.

[90] Смирнов А.М. Уголовно-исполнительная характеристика несовершеннолетних, осужденных к лишению свободы за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2016. N 6. С. 13 — 15.

[91] Беспалова А.А. Насилие над женщиной в семье, зарубежный опыт // Государствоведение в XXI в.: проблемы и перспективы развития. юбилейные научные чтения (к 75-летнему юбилею профессора В.Я. Любашица) : сборник научных статей студентов, магистрантов, аспирантов, преподавателей. Ростов-на-Дону, 2020. С. 110-115.

[92] Заковрягина С.Н., Попова Н.А. Причины совершения преступлений против половой неприкосновенности // В сборнике: Право в современном мире. Сборник научных статей по итогам работы III ежегодного международного круглого стола. 2020. С. 62-66.

[93] Беспалова А.А. Насилие над женщиной в семье, зарубежный опыт // Государствоведение в XXI в.: проблемы и перспективы развития. юбилейные научные чтения (к 75-летнему юбилею профессора В.Я. Любашица) : сборник научных статей студентов, магистрантов, аспирантов, преподавателей. Ростов-на-Дону, 2020. С. 110-115.

[94] Паршин Н.М. Предупреждение сексуальных преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних // Москва, 2020. Сер. Криминология

[95] Ильяшенко, А.Н. Основные черты насильственной преступности в семье // Социологические исследования. 2003. № 4. С. 45.

[96] Белашова Е.М. О необходимости полового воспитания сквозь призму криминологического аспекта // В сборнике: Защита прав и свобод человека и гражданина: теория и практика. Сборник статей участников Международной научно-практической конференции (I Международной Школы-семинара молодых ученых-юристов). Под редакцией В.В. Казакова, К.А. Комогорцевой. 2020. С. 81-87.

[97] Романко О.А., Снегирева Т.В., Суслова Ю.Л. Гендерные аспекты виктимологии // В сборнике: XXII Всероссийская научно-практическая конференция Нижневартовского государственного университета. Материалы конференции. Научный редактор: Д.А. Погонышев. 2020. С. 489-492.

[98] Шикула, И. Р., Андреева, С. Ю. Виктимологическая профилактика семейно-бытового насилия в отношении женщин: проблемы и перспективы развития // Российский следователь. 2011. № 21. С. 28.

[99] Жариков Ю.С., Ревин В.П., Малков В.Д., Ревина В.В. Криминология в 2-х томах. Том 2. Общая часть. Учебник для академического бакалавриата. М.: «Юрайт», 2017. С.79.

[100] Участковый игнорировал жалобы женщины с отрубленными мужем руками [электронный ресурс] https://lenta.ru/news/2017/12/14/nohelp/ (дата обращения: 05.07.2020)

[101] Участковый объяснил, почему отказался возбуждать дело на «подмосковного Отелло» // Сайт Life.ru [Электронный ресурс]. URL: https://life.ru/t/%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8/1074854/uchastkovyi_obiasnil_pochiemu_otkazalsia_vozbuzhdat_dielo_na_podmoskovnogho_otiello (Дата обращения 23.07.2020).

[102] Самойлов М.Г. Преступление против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Вопросы ювенальной юстиции. 2015. N 3. С. 28 — 30.

[103] Филиппова Ю.М. Социально-психологические особенности личности осужденных женщин как субъекта преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Прикладная юридическая психология. 2012. №2.

[104] Багмет А.М., Бычков В.В. Предупреждение сексуального насилия в отношении несовершеннолетних // Российский следователь. 2017. N 10. С. 33 — 36.

[105] Комплексный анализ состояния преступности в Российской Федерации и расчетные варианты ее развития: аналитический обзор / Ю. М. Антонян, Д. А. Бражников, М. В. Гончарова и др. М. : ФГКУ «ВНИИ МВД России», 2018. С. 31

[106] Половая распущенность [Электронный ресурс] http://fedpress.ru/news/72/society/1989046 (Дата обращения 23.07.2020).

[107] Статистика по России [Электронный ресурс].  https://russia.duck.consulting/maps/149/2017 (Дата обращения 23.07.2020).

[108] Гузеева О.С. Учет и квалификация преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Законность. 2017. N 8. С. 46 — 50.

[109] Гузеева О.С. Учет и квалификация преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Законность. 2017. N 8. С. 46 — 50.

[110] Гузеева О.С. Учет и квалификация преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Законность. 2017. N 8. С. 46 — 50.

[111] Филиппова Ю.М. Социально-психологические особенности личности осужденных женщин как субъекта преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Прикладная юридическая психология. 2012. №2.

[112] Антонян Ю.М, Ткаченко АА, Шостакович Б.В. Криминальная сексология / под ред. Ю.М. Антоня-на.  М.: Спарк, 1999.

[113] Коновалов Н.Н. Беспомощное состояние потерпевшего лица при насильственных действиях сексуального характера и изнасиловании // Российский следователь. 2013. N 14. С. 19.

[114] Самойлов М.Г. Преступление против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Вопросы ювенальной юстиции. 2015. N 3. С. 28 — 30.

[115] Самойлов М.Г. Преступление против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Вопросы ювенальной юстиции. 2015. N 3. С. 28 — 30.

[116] Карагодин В.Н. Расследование умышленных преступлений против жизни, половой свободы и неприкосновенности несовершеннолетних: монография. М.: Проспект, 2018. 320 с.

[117] Самойлов М.Г. Преступление против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Вопросы ювенальной юстиции. 2015. N 3. С. 28 — 30.

[118] Филиппова Ю.М. Социально-психологические особенности личности осужденных женщин как субъекта преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Прикладная юридическая психология. 2012. №2.

[119] Карагодин В.Н. Расследование умышленных преступлений против жизни, половой свободы и неприкосновенности несовершеннолетних: монография. М.: Проспект, 2018. 320 с.

[120] Гузеева О.С. Учет и квалификация преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Законность. 2017. N 8. С. 46 — 50.

[121] Бочкарева Е.В. Основные направления противодействия самодетерминации преступности в целях ее минимизации // Юрист. 2019. N 7. С. 70 — 75.

[122] Собр. законодательства Рос. Федерации 2014. № 31. Ст. 4398; 2020. № 11. Ст. 1416.

[123] О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 года № 11 // СПС Консультант Плюс

[124] О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 27 июля 2009 года № 215-ФЗ // СПС Консультант Плюс

[125] Колоколов Н.А. Борьба с сексуальными насильниками: к вопросу об агрессивности современной уголовно-процессуальной практики // Библиотека уголовного права и криминологии. 2015. № 3 (11). С. 172-188.

[126] О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности: Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 04.12.2014 N 16

[127] Колоколов Н.А. Борьба с сексуальными насильниками: к вопросу об агрессивности современной уголовно-процессуальной практики // Библиотека уголовного права и криминологии. 2015. № 3 (11). С. 172-188.

[128] Гузеева О.С. Учет и квалификация преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Законность. 2017. N 8. С. 46 — 50.

[129] Безверхов А.Г. О некоторых вопросах квалификации насильственных преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Уголовное право. 2014. № 5. С. 18-24.

[130] Изотов Н.Н. Уголовная ответственность за насильственные действия сексуального характера: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Ставрополь, 2000

[131] Соломоненко И. Насильственные действия сексуального характера // Российская юстиция. 2001. N 8. С. 64 — 65; Кибальник А. Судебные подходы к квалификации сексуальных преступлений // Уголовное право. 2014. N 5. С. 59;

[132] Голубь Е.А. Квалификация преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних: проблемные аспекты // Инновационная наука и современное общество // Международной научно-практической конференции. Ответственный редактор Сукиасян А.А., 2015. С. 136-138.

[133] Кондрашова Т.В. Развратные и иные действия сексуального характера: понятие и соотношение // Российский юридический журнал. 2020. N 1. С. 72 — 81.

[134] Обзор судебной практики Челябинского областного суда за третий квартал 2012 года 

[135] О судебной практике по половым преступлениям (статьи 131 и 132 УК РФ) и о назначении по ним наказания за 2008 год. Верховный суд Чувашской Республики // СПС Консультант Плюс.

[136] Бюллетень судебной практики Московского областного суда за третий квартал 2014 года: утв. Президиумом Мособлсуда 24.12.2014. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс

[137] Апелляционное определение Московского городского суда от 18.03.2020 по делу N 10-688/2020

[138] Тыдыкова Н.В. Проблемы толкования особой жестокости при квалификации насильственных половых преступлений // Уголовное право. 2019. N 4. С. 97 — 102.

[139] Определение N 48-АПУ14-41 из Обзора судебной практики Верховного Суда РФ, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 24 декабря 2014 г.

[140] Гузеева О.С. Учет и квалификация преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Законность. 2017. N 8. С. 46 — 50.

[141] Гузеева О.С. Учет и квалификация преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности // Законность. 2017. N 8. С. 46 — 50.

[142] Тыдыкова Н.В. Проблемы квалификации развратных действий, совершенных в отношении лиц, не достигших двенадцатилетнего возраста // Российский следователь. 2020. N 5. С. 51 — 55.

[143] Определение Конституционного Суда РФ от 23.07.2020 N 1917-О

[144] Определение Конституционного Суда РФ от 23.07.2020 N 1882-О

[145] Определение Конституционного Суда РФ от 30.06.2020 N 1413-О

[146] Определение Конституционного Суда РФ от 30.06.2020 N 1386-О

[147] Тыдыкова Н.В. Проблемы квалификации развратных действий, совершенных в отношении лиц, не достигших двенадцатилетнего возраста // Российский следователь. 2020. N 5. С. 51 — 55.

[148] Кондрашова Т.В. Развратные и иные действия сексуального характера: понятие и соотношение // Российский юридический журнал. 2020. N 1. С. 72 — 81.

[149] Приговор Судебного участка N 50 Ванинского района Хабаровского края от 24.05.2011 по делу N 1-7/2011

[150] Кокорева В. Харассмент на работе. Анализ споров // Трудовое право. 2020. N 2. С. 43 — 50.

[151] Чакински А. Избиение сотрудника директором фирмы. Анализ доказательств и примеров судов по похожим нарушениям, включая харассмент (издевательства моральные) // Трудовое право. 2019. N 6. С. 83 — 91.

[152] Попов А.Н. О новеллах в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» // Уголовное право. 2016. N 2. С. 72 — 78.

[153] Апелляционное определение Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 21.04.2020 по делу N 66-717/2020

[154] Апелляционное определение Московского городского суда от 02.12.2016 по делу N 33-49117/2016

[155] Апелляционное определение Московского областного суда от 29.08.2018 по делу N 33-26123/2018

[156] Кисленко С.Л. Роль криминалистической классификации и типизации подсудимых в формировании криминалистических рекомендаций по поддержанию государственного обвинения в суде // Lex russica. 2020. N 4. С. 69 — 83.

[157] Чурилов Ю. Насильник или жертва оговора? // ЭЖ-Юрист. 2011. N 30. С. 1, 6.

[158] Артамонова Е.А. О правовом значении волеизъявления сторон по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УК РФ // Российский следователь. 2019. N 12. С. 48 — 50.

[159] Билалов Р.К. Брак по Уголовному кодексу // Законность. 2010. N 6. С. 41 — 42.

[160] Билалов Р.К. Брак по Уголовному кодексу // Законность. 2010. N 6. С. 41 — 42.

[161] Артамонова Е.А. О правовом значении волеизъявления сторон по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УК РФ // Российский следователь. 2019. N 12. С. 48 — 50.

[162] Артамонова Е.А. О правовом значении волеизъявления сторон по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УК РФ // Российский следователь. 2019. N 12. С. 48 — 50.

[163] Матвеева Н.А. Проблемы вступления в брак до достижения брачного возраста в субъектах Российской Федерации // Семейное и жилищное право. 2018. N 2. С. 11 — 15.

[164] Билалов Р.К. Брак по Уголовному кодексу // Законность. 2010. N 6. С. 41 — 42.